11.02.2015

Учебник для женщин, подвергающихся насилию, которые хотят перестать ими быть. Психологическое восстановление

  • Перевод: Татьяна Керим-Заде
  • Источник: «Учебник для женщин, подвергающихся насилию, которые хотят перестать ими быть» (2013), из главы «Выход из абьюза»
Ты выдержала в трудные минуты, выжила в ситуации насилия и тебе удалось защитить твоих детей. Кажется, что битва окончена; однако, сейчас на первый план выходят все страхи и вся боль, которые раньше ты не позволяла себе чувствовать.

Есть ли смысл в твоей жизни? Сможешь ли ты когда-нибудь почувствовать себя хорошо? Твоя самооценка как человека и как женщины сейчас очень низкая, ты чувствуешь себя обессиленной тем, что тебе пришлось пережить, ты ничего не хочешь.

В настоящей главе мы рассмотрим следующие пункты:

  • Первая фаза: физическая безопасность для женщины и детей
  • Вторая фаза: терапия пост-травматического стрессового расстройства (ПТСР)
  • Третья фаза: самоуважение и гендер
  • Я — жертва преступления гендерного абьюза,но я — не жертва

ПЕРВАЯ ФАЗА: ФИЗИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ДЛЯ ЖЕНЩИНЫ И ДЕТЕЙ

Первым шагом на твоём пути к восстановлению является безопасность. Прежде чем начать собственно терапию как жертвe гендерного абьюза, тебе необходимо осознать сам факт того, что ты ей стала, и смочь представить себе, каким должен быть выход из этого положения. Первым условием является минимальная безопасность и предсказуемость для тебя и для твоих детей; тебе необходимо обрести возможность действовать и планировать. Твои шаги должны быть следующими:

  1. Признать перед собой, что
    • В твоей жизни имел место абьюз. Это осознание достигается за счёт профессиональной помощи, чтения литературы, просмотра фильмов по теме и т.д. В течение долгого времени ты сама скрывала от себя, что же именно с тобой происходило. Ты не хотела признавать, что ты была женщиной, которую подвергали насилию. Теперь наступил момент, когда ты должна проанализировать твою прошлую жизнь с позиции тотальной честности и с помощью перечисленных выше средств. Только в том случае, если тебе удастся восстановить воспоминания, даже если они будут болезненными, тебе удастся залечить раны и научиться защищать себя.
    • Ты подвержена Стокгольскому Синдрому. Тебе необходимо выявить в самой себе тенденцию к оправданию агрессора, к минимизации абьюза и к тому, чтобы воображать, что твой партнёр в чём-то превосходит тебя. Его мнения и его воля управляли тобой в течение долгого времени, потому что ты считала его «суперменом» и говорила, что любишь его всем сердцем. Тебе необходимо развенчать «героя» твоего кино; на самом деле, он — «негодяй», а «героиня» — это ты.
    • Существует риск новой агрессии. Если ты отрицаешь подобный риск, то ты подвергаешь опасности себя и своих детей. Он может выслеживать тебя и поджидать удобного момента, чтобы вновь напасть на тебя. Не засовывай голову в песок, как страус, разыщи и почитай статистику, сколько женщин умирает от рук бывших партнёров: большинство из них к моменту фатального исхода были уже разведены или находились в процессе развода.
  2. Следовать плану безопасности.
    Если ты не прилагаешь усилий к тому, чтобы следовать правилам безопасности сама и учить этому твоих детей, ты открываешь агрессору доступ к тебе и к детям; именно этого он и ожидает. Также необходимо, чтобы ты руководствовалась в твоих действиях здравым смыслом и пыталась решить все те проблемы, которые ослабляют тебя и превращают в беззащитную и зависимую. Тебе необходимы такие важные вещи, как:

    • Поддержка со стороны других людей: родственников, друзей, профессиональных работников, групп поддержки.
    • Физическая безопасность: доступ в шелтер (приют), мобильная связь, электронная система охраны и т.д.
    • Юридическая безопасность: заявление в полицию, охранный ордер, опека над детьми. Собери все медицинские справки об увечьях и все заявления, поданные тобой в полицию или суд.
    • Подумай о том, как избавиться от зависимостей, если таковые имеются.
    • Подумай о том, где будут учиться твои дети, какую профессию ты сама можешь получить, и куда ты можешь устроиться на работу.
    • Тебе необходимо отдохнуть, побыть одной, в спокойной обстановке; необходимо, чтобы ты была занята чем-то, что умеешь хорошо делать, это поможет тебе обрести внутреннюю стабильность.

ВТОРАЯ ФАЗА: ТЕРАПИЯ ПОСТ-ТРАВМАТИЧЕСКОГО СТРЕССОВОГО РАССТРОЙСТВА (ПТСР), ЕСЛИ ТАКОВОЕ ИМЕЕТСЯ

Не всегда в результате гендерного абьюза развивается ПТСР, но если это случилось, необходимо знать о том, что существует обширный арсенал широко признанных терапевтических средств для его лечения. Эксперты сходятся на том, что существуют две больших группы терапий ПТСР: психотерапии и фармакотерапии.

Некоторые люди избавляются от ПТСР с помощью одной лишь психотерапии, тогда когда другим необходимо комбинировать психо- и фармакотерапию, а третьим помогают только лекарственные средства. Поговори с твоим лечащим врачом о том, какая терапия больше подходит тебе, если ты думаешь, что у тебя ПТСР.

Психотерапия подойдёт в твоём случае, если:

  • У тебя лёгкие симптомы
  • Ты беременна или кормишь грудью
  • Предпочитаешь не принимать психофармацевтические средства

Фармакотерапия необходима в случае, если:

  • У тебя тяжёлые или длительные симптомы
  • Ты думаешь о суициде
  • Всё ещё находишься в объективно трудной ситуации
  • Ты прошла психотерапию, но улучшение не наступило

Первым шагом к выздоровлению является устный рассказ о травматическом опыте.

Необходимо трансформировать травматическую невербальную память («бессловесный ужас») в личный рассказ о происшедшем; включить травматический эпизод в собственную биографию. Для этого необходимо располагать безопасной эмпатической связью с терапевтом и его/её личной поддержкой.

Современные исследования головного мозга (PET: Positron Emission Tomography) доказали, что травматические воспоминания являются стимулами, односторонне активирующими некоторые участки связанного с эмоциями правого полушария, и зрительные участки коры, связанные с визуальными флэшбэками. Кроме того, в левом полушарии наблюдается при этом обширная дезактивация участка Брока, физического субстрата речи. Что это означает? — То, что при воспоминаниях о пережитом гендерном насилии появляются интенсивные эмоции, визуальные картины, агрессия и насилие представляются так, как если бы они происходили в настоящем, и одновременно существует трудность выразить эти ощущения с помощью слов.

Травма оставляет неизгладимые следы в ощущениях и эмоциях до тех пор, пока они не станут частью персонального нарратива (рассказа), состоящего из вербальной памяти, подверженной различной степени неточности. Терапия должна представлять собой возвращение травматической памяти, после её изменения и трансформации, помещая её в соответствующий контекст и восстанавливая её в виде нейтрального и понятного другим рассказа. Во время терапии «вспоминать» означает «создавать», а не механически воспроизводить травматические воспоминания. Например, невозможно узнать, является ли то, что мы рассказываем о нашем детстве, реально имевшими место событиями, или же это смесь отрывочных воспоминаний и версий других людей о случившемся. По сути, это не важно, здесь важен структурированный рассказ о нашей жизни, с помощью которого мы сможем объяснить другим и себе постоянство нашей личности во времени. Слова, на которые нанизаны наши воспоминания, помогают нам справляться с эмоциями, ассоциированными с ними. Как только складированные в правом полушарии эмоции переписываются в персональный рассказ, они начинают подчиняться законам, которые управляют процессом сознательной памяти. Мы получаем историю, которую можно транслировать, конденсировать, приукрашать и засорять.

Среди неточностей, которые весьма рекомендованы в таких нарративах и которые служат для разрешения существующего конфликта, выделяются те, которые возникают при воображении положительного развития событий, как если бы женщина смогла эффективно противостоять агрессору и каким-то образом остановить агрессию.

«Пациенты с ПТСР имеют сниженную толерантность к интенсивным переживаниям. Этот дефицит задерживает процесс выздоровления. Вместо того, чтобы позволить эмоциям развиваться и информировать индивида о пережитом опыте и об окружающей обстановке, люди с ПТСР избегают самых ранних намёков на эмоцию, чтобы не подвергаться риску нервной перегрузки из-за интенсивности реагирования. В других случаях присутствует гипер-настороженность и повышенная чувствительность к появлению ранних намёков на эмоцию, которые ведут к избегающему поведению, некоторые признаки которого являются сглаженными, а некоторые — экстремальными».

«Люди с тяжёлым ПТСР неспособны эффективно модулировать свой опыт, реагируют на аффективные стимулы с интенсивностью, характерной для травматических ситуаций, или же практически не реагируют. Убеждённость в том, что печаль и страх являются неприемлемыми и/или неподконтрольными, заставляет реагировать гораздо большим потрясением на ситуации со значительной эмоциональной или травматической составляющей. Подобная идея наверняка будет перекрывать способность к проработке и интеграцию в психику травматического события. Терапия должна включать в себя признание и принятие собственных эмоций, понимание того, как предрассудки (мнения и убеждения) влияют на наше восприятие мира. Проработка и интеграция эмоциональных и когнитивных аспектов травматического опыта необходимы для того, чтобы избежать развитие ПТСР. Пациентам необходимо заново испытать и выразить в рассказе в режиме «реального времени» эмоциональные реакции, которые они пережили во время травматического эпизода».

Психотерапия. После нескольких сессий, во время которых был составлен полный рассказ о происшедшем, можно начать применение разных терапевтических техник в соответствии с конкретной ситуацией и нуждами конкретной женщины.

Когнитивнная терапия

  • Информация о пост-травматическом стрессовом расстройстве. Важно, чтобы у тебя были знания об этом расстройстве, чтобы ты не думала, что сходишь с ума. Понять то, каким образом проявляется это расстройство и что с этим можно сделать — первый шаг для решения проблемы ПТСР.
  • Опровержение иррациональных убеждений: чувства вины, стыд, мнимые превосходство агрессора и слабость жертвы, минимизирование насилия.
  • Распознавание ментальных схем. Все мы имеем определённые ментальные схемы, которые действуют как фильтры нашего восприятия и осмысливания внешнего мира. Необходимо не распространять травматический опыт на все сферы жизни, представляя себе мир как опасное и враждебное место. Не говорить о «несчастливой судьбе» и об агрессии там, где их нет.
  • Также важно говорить о том, как организована твоя жизнь вокруг избегания (изоляция, алкоголь, диссоциация, агедония). В той же самой терапевтической доверительной и безопасной атмосфере, в которой разрабатывался рассказ о происшедшем, можно составить описание осознанных и неосознанных способов избегания воспоминаний, и того, как жертва насилия меняет свою жизнь и привычки с целью защитить себя и избежать любых предметов, ситуаций или людей, которые могли бы напомнить ей о травме.

Управление иррациональными мыслями

Существуют неверные идеи, которые приводят к ухудшению нашего эмоционального состояния. В рамках когнитивной терапии тебя научат, как изменить эти иррациональные убеждения, которые могут негативно влиять на твои эмоции. Например, женщины, подвергающиеся насилию, обычно чувствуют собственную вину за всё плохое, что с ними происходит, — этих женщин учат распознавать эти настойчивые и неприятные мысли, которые не соответствуют реальности, учат анализировать, насколько такие установки бессмысленны, и вырабатывать новые, более сбалансированные и реалистичные, которые к тому же являются более удовлетворительными. Хорошей практикой являются разговоры с самой собой с целью закрепить позитивные установки: «Если я смогла это сделать один раз, я смогу так поступать и в дальнейшем». Также ты можешь остановить настойчивое мысленное пережёвывание травматических содержаний с помощью занятий, которые требовали бы интенсивной концентрации внимания.

Терапия повторного погружения

В рамках этой терапии тебе придётся повторно иметь дело с особенными конфликтными ситуациями, местами, людьми, действиями и т.д., которые напоминают тебе о травме и пугают тебя, хотя никакой реальной опасности они уже не представляют и твой страх является необоснованным. Это можно осуществить разными способами:

  • В воображении. Тебя могут попросить повторять рассказ о травме до тех пор, пока это не создаст высокострессовую ситуацию. Перед выполнением этой практики полезно провести релаксацию.
  • Во сне. Человека натренировывают на запоминание снов, на умение задавать себе определённый сон и вести себя во сне осознанно (то есть, понимать во сне, что ты спишь). Также человека учат, как изменить собственное поведение во сне, успешно противостоя агрессору и выходя победителем из столкновения с ним. Можно использовать глубокую релаксацию и работу со снами для того, чтобы «переписать сценарий». Многим женщинам и особенно детям легко даётся практика осознанного сновидения. На мировом уровне существуют различные терапевтические опыты, которые подтверждают эффективность этого метода при лечении пост-травматического стрессового расстройства.
  • В реальности. Тебя настраивают на то, чтобы ты бывала в общественных местах, разговаривала с людьми, делала то, что внушает тебе страх, так как напоминает о травме или вызывает тревогу.

По мере того, как ты заново будешь переживать травматическую ситуацию одним из вышеупомянутых способов, ты заметишь, как твоя тревожность начнёт снижаться. Делай усилия, чтобы каждый раз задерживаться дольше в ситуации, которая пугает тебя, вместо того, чтобы бежать из неё.

Метод, который обычно используют в терапии повторного погружения, — это метод прогрессивной десенсибилизации: посредством рассказа о травме, визуализации, снов и частичного погружения в реальные ситуации, воссоздающие отдельные аспекты травмы, человек повторно переживает фрагменты травматического события в терапевтической и безопасной обстановке. Постепенно вводятся элементы приближения к наиболее травматическим моментам. Разрабатываются новые способы поведения для преодоления страха.

Повторные погружения в травматическую ситуацию позволят тебе интериоризировать мысль о том, что ты уже не подвергаешься опасности и можешь управлять этой ситуацией. Тревожная реакция на стимул постепенно исчезнет, и ты изменишь своё негативное мнение о собственной способности противостоять внешним вызовам.

Интеграция диссоциативной личности

  • Попадая в стрессовую ситуацию, жертва насилия отсоединяется от реальности и возвращается к примитивному поведению или к ритуалам, к которым она прибегала в ситуации реальной травмы (недержение мочи и кала, инфантилизация, чрезмерная зависимость, амнезия, сексуальные ритуалы, молитвы и т.д.)
  • Интенсивный стресс аннулирует память (слишком высокий уровень кортизола не позволяет восстановить события в памяти), интерферирует с получением новой информации, не позволяет развиться привыканию. Эндорфины блокируют чувство боли, но слишком капсулируют сознание и способствуют аннулированию памяти (диссоциативные реакции).
  • Специально натренированная пациентка становится способной отследить момент отсоединения от реальности и понять, каким образом она «выбирает» отсоединиться. Если такой момент наступает в присутствии терапевта, то терапевт должен осторожно вернуть пациентку в ситуацию «здесь и сейчас» с помощью слов. Необходимо говорить о «тёмной стороне» личности и интегрировать её в сознание. Для лечения диссоциативных расстройств необходима длительная терапия.
  • Подопытные животные, которые получали удары электрическим током через пол клетки, в которой они находились, и которых затем выпускали, возвращались в клетку, когда подвергались стрессовым ситуациям, хотя имели возможность убежать.

Другие расстройства

Капсулированные и невербализованые эмоции и воспоминания обычно проявляются на соматическом (ЖКТ, хронические боли, сердечные и лёгочные симптомы, симптоматика мочевыводящей и половой систем и т.д.) или поведенческом (неконтролируемые импульсы: саморазрушительное, суицидальное, рискованное поведение, компульсивное сексуальное поведение, агрессия в отношении окружающих и т.д.) уровнях. Важно научиться отслеживать эти соматизации и поведенческие сценарии и выражать скрываемые под ними эмоции. Также необходимо обратить внимание на возможные симптомы алиментарных расстройств по типу анорексии или булимии.

Аддикции затрудняют процесс выздоровления и усложняют саму проблему. Они представляют собой форму эскапизма, и до тех пор, пока не будет принято решение встретиться с травматическими воспоминаниями лицом к лицу, невозможно будет начать процесс истинного избавления от аддикций. Необходимо поговорить с врачом и присоединиться к той или иной группе поддержки.

Фармакотерапия. Возможно, что к тому моменту, когда женщина расстаётся с агрессивным партнёром, она уже получает психофармакологическое лечение; в этом случае, рекомендуется принять во внимание следующее:

  • Не следует пить кофе, колу и возбуждающие напитки, если присутствует тревожность, бессоница или ночные кошмары.
  • Лучше избегать ежедневный приём бензодиазепанических успокаивающих (диазепам, алпразолам, клоназепам, лоразепам), так как эти препараты создают зависимость. Их можно рекомендовать к использованию в определённых ситуациях (перед судом, перед важными встречами и т.д.) и в ситуации панических атак, если таковые наблюдаются. В случае недолгосрочной терапии рекомендуются небензодиазепанические успокаивающие. Такие препараты полезны в случаях бессоницы, чтобы уменьшить чрезмерную активацию вегетативной нервной системы, кошмары и флэшбэки. Они не позволяют стрессу перейти в хроническую стадию.
  • Хорошим потенциалом обладает альтернативная медицина: акупунктура, гомеотерапия, фитотерапия, физиотерапия, релаксация и медитация.
  • Существует общее согласие среди специалистов о том, какие антидепрессанты наиболее рекомендованы; в качестве первой опции рекомендуют селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), такие как флуоксетин, пароксетин, флувоксамин и циталопрам.
  • В качестве второй опции рекомендуют такие антидепрессанты как венлафаксин и нефазодон.
  • Эти медикаменты позволяют женщине эффективно справляться со своими повседневными обязанностями и не впадать в отчаяние. Они сильно влияют на процесс капсулирования травматических содержаний в психике. Положительный эффект заметен после нескольких недель приёма.
  • Трициклические антидепрессанты и ИМАО практически не имеют положительного эффекта на симптомы пост-травматического расстройства. Кроме того, побочные эффекты у них больше, чем у СИОЗС.
  • Транквилизаторы и антидепрессанты укорачивают время сновидений (БДГ-фаза сна). Если снов меньше, то меньше и кошмаров, поэтому наутро общее состояние кажется лучшим. Однако, прорабатывание конфликта, которое происходит во сне, «замораживается» до тех пор, пока не снизится дозировка психофармацевтических средств.

Если назначаются психофармацевтические средства, то их приём нельзя прекращать без консультации с врачом. Если ПТСР является хроническим (симптомы присутствуют более шести месяцев), необходимо принимать психофармацевтические средства в течение как минимум двенадцати месяцев.

ТРЕТЬЯ ФАЗА: САМОУВАЖЕНИЕ И ГЕНДЕР

Существует множество способов, чтобы восстановить твою положительную самооценку как человека и как женщины: это курсы, группы и занятия, которые могут помочь тебе и вернуть веру в себя:

  • Начни терапию с женщиной-терапевтом, придерживающейся феминистских взглядов (кроме психоанализа).
  • Свяжись с феминистской группой женщин-волонтёрок.
  • Запишись на курсы по распознаванию и выражению эмоций, развитию ассертивности, разрешению конфликтов и т.д.
  • Жизнь не заканчивается на истории гендерного насилия: тебе необходимо вернуть себе удовольствие от секса и танца.
  • Оставь ненадолго домашние дела и займись чем-то креативным.
  • Подумай, каким образом абьюзеру удалось изолировать тебя от других. Попытайся восстановить разорванные связи с друзьями, укрепляй связи с родственниками.

Обычно женщины приводят такие доводы, объясняя, почему им трудно попросить о помощи: «Мне стыдно», «Я не хочу мешать», «Я думаю, что справляться я должна сама», «Я не знаю, к кому обратиться». Не откладывай больше и начни искать помощь и информацию о трудоустройстве, социальных пособиях, группах поддержки, детских учреждениях и организациях для женщин, подвергшихся насилию.

Идеи, которые твой бывший партнёр- абьюзер внушил тебе, продолжают влиять на тебя. Ты можешь думать о том, что ты уже преодолела ситуацию насилия, но тем не менее, в твоём ментальном диалоге ты продолжаешь повторять негативные утверждения о самой себе, которые делал абьюзер.

Эти мысли приводят тебя к чувствам и поступкам, которым ты сама удивляешься. Учась распознавать мысли, которые заставляют тебя чувствовать себя ничтожной и зависимой по отношению к твоему бывшему партнёру, ты сможешь лучше управлять твоей жизнью и твоим душевным состоянием. Промывание мозгов, с помощью которого тебя заставляли верить в то, что ты влюблена (когда самом деле любовь — это свобода), и теперь может продолжать оказывать влияние на твои мысли. Если ты распознаешь эту злокачественную психическую опухоль и остановишь эти разрушительные мысли, заменив их на утверждения положительной самооценки, уверенности в себе и безраличия к агрессору, ты начнёшь возрождаться из пепла и увидишь, что новая жизнь ждёт тебя.

Иногда ты ловишь себя на таких мыслях или чувствах как…

  • Защита и любовь партнёра были более важными, чем какой бы то ни было вред, который он мог причинить мне.
  • Я его провоцировала.
  • Я ненавижу в себе то, что вызывает его критику или гнев.
  • Любой положительный жест со стороны партнёра заставляет меня верить, что всё изменится к лучшему.
  • Чувствую, что не могу без него жить.
  • Замечаю, что защищаю и извиняю его перед другими.
  • Без него моя жизнь не имеет смысла.
  • Чувствую, что схожу с ума.
  • Не знаю, кто я.
  • Есть такие вещи, которые он сделал со мной, о которых лучше не вспоминать.
  • Я чувствую себя плохо сама с собой.
  • Я неспокойна и неуверена.
  • Я депрессивна и печальна.
  • Мне трудно сконцентрироваться на делах.
  • Мне трудно принимать решения.

Также на тебя влияют стереотипы о том, что значит быть женщиной, что значит быть мужчиной, что такое любовь, и что такое насилие. Эти стереотипы больного и сексистского общества. Твоя проблема — это не твоя личная проблема, а проблема половины человечества, страдающего под игом патриархата. На тебя влияют широко распропагандированные мачистские стереотипы, в которых ты была воспитана.

Присутствуют ли в твоём внутреннем диалоге такие мысли, как?:

  • Мне нравятся настоящие мужчины, мачо, которые играют в отношениях ведущую роль.
  • Настоящим мужчинам необходим секс, необходимо выпускать пар.
  • Настоящая женщина знает своё место.
  • Судьба женщины — влюбиться, выйти замуж и родить детей.
  • Нам, женщинам, необходимы мужчины-защитники.
  • Иногда женщина сама вынуждает мужа, чтобы тот побил её.
  • Мужчина зарабатывает, а женщина заботится о доме и детях.

Постарайся распознавать сразу подобные внутренние разговоры и отвергай их, потому что они лживы, это ложь, в которую тебя заставили поверить, но на самом деле ты — не существо второго сорта и твоя жизнь имеет смысл сама по себе, даже если в ней нет мужчины.

Надеюсь, что эта книга снабдит тебя достаточным количеством позитивных утверждений и освободит тебя от всех последствия промывания мозгов. Ты выжила в гендерном насилии, ты — главная героиня самой великой из всех эпопей, которая до сих пор никогда не была рассказана, и о которой, я надеюсь, когда-нибудь расскажут. Ты — настоящая героиня Истории.

Позитивные утверждения о себе:

  • Я сумела выйти из отношений с сексистом и насильником.
  • Я смогла сама содержать моих детей и защитить их от агрессивного отца.
  • Я разорвала цепь распространения насилия, научив моих детей новой модели совместной жизни: эгалитарной, взаимоуважительной и свободной.
  • Я — сильная и смелая женщина, обогащённая тяжёлым жизненным опытом, и способная помочь в будущем другим женщинам.
  • Каждый день я делаю новый шаг к полноценной жизни для себя и для моих детей.

Присутствуют ли у тебя мысли, похожие на те, которые мы видели в тесте «Заставляя молчать своё Я»?:

  • Я не выражаю своих чувств в интимных отношениях, когда знаю, что это будет причиной ссоры с партнёром.
  • Любить означает сперва позаботиться об удовлетворении потребностей другого человека, а потом уже о своих собственных.
  • Считать, что мои потребности также важны, как потребности любимых людей, -значит быть эгоисткой.
  • У меня есть тенденция судить о себе в соответствии с мнением других людей.
  • Я чувствую, что мне надо в какой-то степени разыгрывать определённую роль, чтобы нравиться партнёру.
  • Когда потребности или мнения моего партнёра идут вразрез с моими, я всегда соглашаюсь с ним, а не защищаю мою точку зрения.
  • Когда я принимаю решения, то мысли и мнения других оказывают на меня большее влияние, чем мои собственные мысли или мнения.
  • Я редко проявляю недовольство в присутствии близких.
  • Я чувствую, что мой партнёр не знает, что я за человек на самом деле.
  • Кажется, что я никогда не достигаю поставленных целей.

Поставь перед собой цель выражать свои мысли и удовлетворять в первую очередь свои потребности. Доверяй собственной интуиции. Проработай утверждения, в которых ты могла бы выражать свою волю.

Упражнения по самоуважению и гендерному сознанию

  • Внимательно прочитай следующие главы о Стокгольмском Синдроме и гендерном насилии и составь список нервных тиков, характерных для данного синдрома, которые у тебя ещё сохраняются. Придумай исцеляющее высказывание для каждого из них и обещай себе вести себя в соответствии с этой фразой.
  • Пройди ещё раз тест «Заставляя молчать своё Я» из 2-ой Части и назначь себе дату, чтобы начать действовать для достижения тех (трёх) целей, о которых идёт речь в последнем пункте теста.
  • Если тебе нужно задать вопрос на каком-то занятии, курсах, лекции, не извиняйся, прежде чем начать говорить: выпяти грудь, разведи плечи, смотри в глаза собеседнику и говори отчётливо, громко и уверенно.
  • Запишись на курсы персональной защиты.

Выучи основные положения из разделов «Эгалитарная коммуникация» и «Разрешена конфликтов» из Части 1-ой . Практикуй их. Когда они станут частью твоей жизни, научи им твоих детей, но не на словах, а на примере.

Когда любовь — это патологическая зависимость? — Любовь в паре имеет первый этап, влюблённость, для которой нормально поведение, напоминающее аддиктивное, со стороны обоих партнёров. На этом этапе человек испытывает интенсивную зависимость от другого, а возможность разрыва переживается как невыносимая. Речь идёт о физиологическом процессе, за которым следуют климакс любовной страсти и затем аффективное успокоение на более-менее длительный период времени.

Проф. Лейбовиц (Liebowitz), психолог Колумбийского университета (Нью-Йорк), сравнивает реакции и эмоции влюблённых с реакциями и эмоциями наркозависимых. В психиатрии называют «гипоманическим кризисом» характерное для влюблённости состояние оптимизма, эйфории, безграничного доверия, любопытства, бесшабашного отношения к рискованным препятствиям, гиперактивность, отсутствие утомления, сокращение сна и чувства голода, разрывы в объективном восприятии, открытие необычайных качеств в обычных обстоятельствах и капсулирование восприятия.

Существуют две причины для появления гипоманического состояния у ментально здорового человека: амфетамины и влюблённость; в обоих случаях симптомы схожи с указанными выше. Это заставило проф. Лейбовиц постулировать существование эндогенного амфетамина, уровень которого существенно повышался бы в начальный период любовного влечения. В случае разрыва отношений, происходит «ломка», резкое и интенсивное нейрональное неблагополучие из-за отсутствия постоянной стимуляции. Это настоящая нейрохимическая ломка, смягчаемая эндорфиновыми вбросами, которые происходят также и при расставании с другими близкими людьми.

Эндорфины представляют собой наше природное вознаграждение в отношениях без влюблённости, в медитации, когда мы бегаем, смеёмся, наслаждаемся музыкой или пейзажем, как награда за обучение и т.д. «Эндорфин» означает «внутренний морфий», и по сути, морфий функционирует как наркотик именно потому, что по молекулярному составу он похож на эндорфин.

Эндорфины вызывают эйфорию, анальгезию (обезболивание), анестезию (исчезает ощущение тела), повышение производительности труда, повышение концентрации внимания или интенсивное состояние настороженности при общей расслабленности, повышение обучаемости (морфий не имеет таких эффектов, как последние из перечисленных). Эндорфины затормаживают привыкание к повторяющимся стимулам.

Таким образом, можно сделать вывод, что эндорфин является нейромедиатором, проводником ощущения нежности, аффекта внутри пары, которая находится вместе в течение многих лет, и в которой партнёры любят друг друга спокойно, но глубоко. Также присутствие эндофинов характерно для людей, занимающихся медитацией и наслаждающихся каждой деталью в жизни. Мозг, насыщенный эндорфинами, может легко превозмочь кризисную ситуацию: разрыв с партнёром, потерю работы, смерть близкого человека и т.д.

В настоящее время считается, что отношения взаимного аффекта без влюблённости способствуют выделению не амфетамина, а внутренних эндорфинов и бензодиазепинов. Эти вещества вызывают ощущение постоянного и мягкого удовольствия, которое приводит человека к состоянию удовлетворённости и равновесия. Было подтверждено, что внутренние эндорфины и бензодиазепины (габа-бензодиазепины) ингибируют либидинозную систему, поэтому в парах, где партнёры очень хорошо относятся друг другу, может наблюдаться эротическая монотонность.

Таким образом, можно заключить, что во время влюблённости аддикция по отношению к партнёру является нормальной, но эта интенсивная зависимость должна снижаться с течением времени; если это не так, значит, в отношениях что — то не работает. Влюблённость, характерная для первой фазы отношений, продолжается во времени только тогда, когда чувство не взаимно или есть ещё какие-то проблемы. Любовь должна эволюционировать в спокойную и поддерживающую нежность.

Когда во имя любви приносятся в жертву духовные ценности, свобода или достоинство; когда женщина любит мужчину больше себя самой, это значит, что в отношениях что — то идёт не так; ибо сказано: «люби ближнего как самого себя». Когда кого-то одновременно любят и боятся, это означает, что происходит что-то очень нехорошее. Это не любовь, а зависимость и подчинение.

Наслаждение жизнью и мастерство. Людям необходимо испытывать ощущение собственного мастерства и наслаждаться такими занятиями как спорт, турпоходы, занятия искусством или профессиональным совершенствованием, — тем, что доставляет удовольствие. Говорить о травме недостаточно; жертвам гендерного насилия необходимы занятия, которые символизировали бы их победу над чувством беспомощности и над отчаянием. Написать книгу, принимать участие в политических акциях или помогать другим жертвам абьюза может стать началом новой жизни. Очень важно, чтобы ты чувствовала, что тебе что-то удаётся сделать «на пять»; заниматься чем-то, что у тебя хорошо получается, значительно повышает самооценку.

Существуют индикаторы качества жизни, которые позволяют определить, что женщина восстановила здоровье:

  • У неё восстанавливается сексуальное желание. Она в состоянии представить себе жизнь в паре со здоровыми отношениями.
  • Она смеётся. У неё восстанавливается чувство юмора.
  • Она может представить себя делающей удачную карьеру, хорошо справляющейся с работой. Она чувствует себя способной и самодостаточной.
  • Она может сказать «нет», отстаивать свою точку зрения, выражать свои чувства.

Рекомендации

  • Учись непривязанности. Повышай эмоциональную толерантность к фрустрации. Учись не идентифицироваться с чувствами, а наблюдать за ними с позиции посторонней. Проходи через страдание, не сражаясь с ним: если ты примешь его, оно пройдёт бесследно. Принимай отвержение и критику так же, как похвалу и восхищение, как нечто временное и незначительное. Медитируй.
    Когда ты понимаешь, что продолжать отношения с твоим партнёром не имеет смысла, не затягивай разрыв, не разговаривай с ним по телефону, не занимайся с ним сексом и не фантазируй на счёт того, что он может измениться. Прими факт окончания отношений. Назад вернуться невозможно, поэтому расставайся сразу. Если тебе необходимо контактировать с ним по поводу детей или какого-то дела, найди осторожного и уравновешенного посредника, а сама отстранись.
  • Учись наслаждаться миром в одиночку.
    Исследуй, изучай. Стань самодостаточной и автономной, учись жить сама по себе и ради себя самой. Развивай самоконтроль, побеждай страхи, опрокидывай заслоны, расти. Гуляй одна, ходи одна в кино, путешествуй в одиночестве.
  • Приобретай новый опыт. Какую профессию тебе хотелось бы приобрести, какое образование получить, какой навык или спорт освоить, когда у тебя будет для этого время?
    1. Поставь себе цель (запиши её), которую относительно легко достичь в следующих сферах:
      • Интеллектуальная и/или профессиональная
      • Общественная и/или развлекательная
      • Искусство и/или спорт
    2. Запиши возле каждой поставленной цели, первый наиболее
      лёгкий шаг, который ты можешь сделать к её достижению.
    3. Запиши дату, когда ты планируешь сделать этот первый шаг.
Прежде чем жена или мать, ты — женщина. Прежде чем женщина, ты — личность. Познай сама себя.

Я — ЖЕРТВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ГЕНДЕРНОГО АБЬЮЗА, НО Я — НЕ ЖЕРТВА

В 1988 году Келли и Рэдфорд поставили под сомнение целесообразность использования слова «жертва» по отношению к женщинам, которые были подвергнуты сексуальному насилию, отдавая предпочтение слову «выжившая», так как это слово определяло этих женщин в терминах силы и активности. С их точки зрения, выжившая женщина «приобретает свой статус после процесса взятия на себя ответственности с целью покончить с дисфункциональными моделями поведения в собственной жизни, переставая обвинять себя и концентрируясь на задаче пережить травматическое событие».

Не только феминистки отвергают термин «жертва» для женщин, подвергшихся гендерному насилию; например, чернокожее население ЮАР (Южноафриканский Комитет «Правда и Примирение») также старается избегать это слово: «Дополнительная и реальная опасность использования подобных этикеток состоит в том, что так мы создадим целую нацию жертв, в лучшем случае — бесполезных, в худшем — беззащитных, вместо гордой нации выживших, которые открывают для себя новые горизонты и продолжают свой путь».

Обе эти человеческие группы — негры и женщины — имеют сходство в механизмах адаптации и сопротивления перед лицом группы-угнетателя, как это показано в работе Хелен М. Хакер «Женщины как меньшинство» (Helen M. Hacker «Women as a minority group«). В том и другом случае фундаментом отвержения слова «жертва» является незнание глубинных механизмов виктимизации, которые пророчески раскрывает Ди Грэхем в своей книге «Любить, чтобы выжить» (Dee L.R. Graham «Loving to survive«). Исследования Грэхем показали, что «то, что внешне можно расценить как пассивность и подчинение, представляет собой стратегию выживания, общую для всех человеческих существ перед лицом витальной угрозы, которую невозможно избежать.

Не жертвы создаются свою виктимную идентичность; ситуация заложников, в которой они находятся, и неизбежная угроза их жизни заставляют их вести себя и думать так, как они это делают. Люди, которые развивают Стокгольмский Синдром, делают это не потому, что их личность неадекватна или слаба, не потому, что они предварительно были подвергнуты абьюзу, и не потому, что их так воспитали. Напротив, именно те, кто держит этих людей в заложниках, являются неадекватными личностями и имеют анамнез абьюза. Синдром, по-видимому, представляет собой общую для всех реакцию на насилие, которое невозможно избежать. Синдром наблюдается у людей и у животных, у молодых и пожилых, у мужчин и женщин, у людей разных культур. Некоторым читательницам, возможно, тоже покажется более предпочтительным термин „выжившая“. Но мы, вместе с Дайаной Расселл*, будем использовать термин „жертва“, чтобы заострить внимание на виктимизирующих факторах внешней обстановки, которые влияют на человека, независимо от того, выживет этот человек или нет, проявит способности к выживанию или нет, сможет ли преодолеть виктимизирующую ситуацию или нет. Мы надеемся, что этот термин поможет нам в деле снижения интенсивности обвинения жертвы и увеличения нашего собственного понимания того могущественного влияния, которое оказывают на человеческую психику разные варианты внешней ситуации». «Использование слово «жертва» может помочь нам постоянно помнить о том, что виктимизацию создают внешние обстоятельства, поэтому менять необходимо их, а не исправлять жертв«.

*Профессор Дайана Расселл (Diana E.H. Russell) является крупнейшим мировым авторитетом в исследованиях сексуального насилия против женщин и детей. Она посвятила этим исследованиям 25 лет, является автором многочисленных книг.

Термин «жертва» с точки зрения виктимологии

Термин «жертва» означает «человека, которому индивидуально или коллективно был нанесён ущерб, включая физические и психические увечья, эмоциональные страдания, экономические потери, посредством действия или бездействия, которые нарушают законы уголовного права, включая те из них, которые запрещают преступное злоупотребление властью». Из этого следует опредение «жертвы», принятое Международным Обществом Виктимологии: «Жертва — это человек, подвергшийся процессу виктимизации, вызванной или ставшей результатом преступного деяния или злоупотребления властью». Термин «выжившая» слишком неясен, так как внешняя травматическая связь может быть разорвана, но при этом сохраняться внутренняя травматическая связь. Необходимо интегральное восстановление человека, в ходе которого были бы сняты те факторы виктимизации, которые затрагивают поведение и личность; терапевтический процесс, в ходе которого может понадобиться психотерапия, приобретение знаний по гендерному насилию и, возможно, фармакологическое лечение (применяемое с осторожностью). Жертва не больна, но ей нанесены физические и психологические травмы, которые могут быть излечены. Говорить о травме в терминах выживания означает свести к белому и чёрному бесконечную гамму оттенков серого.

Так как женщина, разорвавшая физическую связь с абьюзером, обычно должна пройти двойной освободительный процесс: терапевтический и юридический, мы не можем отказаться от термина «жертва». Избавляться от последствий виктимизации и предпринимать судебные действия в отношении агрессора — это неизбежные этапы, через которые предстоить пройти. Необходимо показать женщине, что симптомы и изменения восприятия, которыми она страдает, являются последствиями совершённого против неё преступления, а не психической болезни; что проблему создаёт не она, а преступное злоупотребление властью, с которым необходимо покончить. Стать жертвой преступления не означает потерю достоинства, пассивность, трусость или виктимизм.

Жертвы террористического акта, ограбления или ДТП не стыдятся называть себя так. Предполагается, что никто не станет думать, что преступная агрессия в их адрес или несчастный случай были вызваны слабостью их характера, личной предрасположенностью или недостатком смелости. Ни одна из этих жертв не могла контролировать ситуацию, и никто не стигматизирует их за это.

«Женщины не являются «естественными жертвами», они подвергаются процессу виктимизации; или, выражаясь более энергично, они не «соглашаются быть жертвами».

Комитет по равноправию женщин и мужчин, Совет Европы

Практические рекомендации по словоупотреблению

  • Называть преступление и преступника

Когда мужчину сбивает автомобиль, с момента происшествия о нём не говорят как о «сбитом мужчине»; мы подразумеваем по умолчанию, что ответственность за несчастный случай лежит на том, кто его сбил, а не на жертве, и что этот несчастный случай — это отдельное происшествие, которое в дальнейшем не будет определять всю оставшуюся жизнь жертвы ДТП. Однако, когда женщина подвергается насилию со стороны мужчины, о ней говорят как о «женщине, подвергающейся насилию»; мы преобразовали преступное деяние мужчины в постоянный ярлык для женщины. Язык, на котором мы говорим, не является «невинным»; он всегда подчинён интересам доминирующей группы, скрывает угнетение и превращает в его в «нормальное» с точки зрения социума событие.

Говорить: «Я (или она) — женщина, подвергающаяся насилию» ставит женщину в гравитационный центр фразы. Намекает на то, что «подвергаться насилию» — это чуть ли не врождённое качество женщины, и перекладывает ответственность с агрессора на жертву. Если мы хотим использовать эту фразу, то необходимо добавлять «…со стороны (моего) мужа (парня и т.д.)», так как если этого не делать, то мы будем способствовать тому, чтобы укрывать преступника и принимать как должное стигматизирующий нас ярлык.

Если травматическая связь с абьюзером уже прервана, то необходимо избегать использовать настоящее глагольное время, вместо: «Я — женщина, подвергающаяся насилию» необходимо говорить: «Я подвергалась насилию со стороны моего парня».

Если мы говорим о женщинах, подвергающихся насилию, как о «жертвах», необходимо добавлять «…преступления гендерного насилия». Слово «жертва», как уже говорилось в этой главе, может приобретать уничижительный смысл, если не уточнять: «жертва преступления». Ещё лучше дополнить фразу указанием на преступника: «совершённого моим бывшим мужем».

  • Использование страдательного залога

Использование страдательного залога: «Я подверглась абьюзу» или «Я подверглась насилию» превращает абьюз в неопределённое деяние, скрывает истинный субъект в предложении и передаёт чувство неизбежности и фатальности. Лучше использовать активный залог: «Мужчина (указать имя и фамилию агрессора) изнасиловал меня», вместо «Я была изнасилована» или «Меня изнасиловали», как-будто высшие силы и судьба вступили в заговор против женщины.

  • Фразы-обвинения

Всякий раз, когда мы говорим о гендерном насилии, необходимо открыто называть агрессора по имени-фамилии. Даже если мы не в суде, мы имеем право рассказывать нашу правду и обвинять того, кто злоупотребляeт властью. Не надо бояться обвинять другого в совершённом им преступлении и в жестокости. Жертва абьюза, которая может выражаться таким образом, сильно продвигается на пути к избавлению от Стокгольмского синдрома.

Рекомендуемые изменения в выражениях:

Я жертва → Я стала жертвой преступления гендерного насилия (я стала жертвой абьюза)

Я женщина, подвергающаяся насилию → Мой бывший муж (указать имя и фамилию насилию агрессора) подвергал меня насилию

Меня изнасиловали → Этот мужчина (назвать имя, фамилию и социальный статус агрессора) изнасиловал меня

Защитная атрибуция. Оригинальное значение слова «жертва» — это «живое, невинное и добродетельное существо, ставшее приношением богам». Наша патриархатная культура, ориентированная на триумф и на успех в конкурировании, считает постыдным становиться жертвой, она презирает тех, кто теряет контроль, проигрывает и кого приносят в жертву. Но только мечтатели или подростки могут думать, что жизнь можно тотально контролировать; на самом деле, наши возможности влияния на ход событий минимальны, хотя их отнюдь не стоит сбрасывать со счетов. Все мы в тот или иной момент становились жертвами других людей или обстоятельств… и боялись, что нас будут за это презирать.

Страх перед тем, что нас квалифицируют как слабых, пассивных и проигравших, ведёт нас к тому, что называется «защитной атрибуцией». Мы, женщины, пытаемся отдалиться от тех, кто напоминает нам «жертв», говоря себе, что мы не такие, что с нами никогда бы не случилось подобное, что мы «ассертивны», «активны» и «сильны». Я не хочу этим самым советовать здесь виктимизм, совсем нет, но хочу настоять на том, что существуют такие ценности как скромность, простота, щедрость, смирение и покладистость, которые в эгалитарном обществе будущего вновь приобретут свой истинный смысл. Мы просто ещё не знаем, каково это: быть свободной женщиной.

Share

Код для вставки на сайт или в блог:

2 комментария на «“Учебник для женщин, подвергающихся насилию, которые хотят перестать ими быть. Психологическое восстановление”»

  1. Ольга:

    Авторы статьи! Не знаете, есть ли курсы персональной психологической защиты в России, или это только на западе?

    • adminka:

      Авторка книги — испанка, здесь опубликован перевод. К сожалению, ни авторка, ни переводчица не располагают информацией о подобных курсах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

два × три =