Миф о потерявшем человеческий облик насильнике

Во многих недавних обсуждениях насилия против женщин я заметила одну общую для них идею. Это идея хорошо объясняет множество ослепительно сексистских – или просто непостижимых уму – заблуждений относительно причин насилия, того, как оно выглядит, и мер, которые общество должно предпринять для борьбы с ним. Я назову это теорией Бешеного Зверя. Согласно теории Бешеного Зверя, существует два типа мужчин. Практически два разных вида. (Мне встречались люди, которые доходили до утверждений, что Бешеные Звери – это результат эволюции, что в буквальном смысле делает их отдельным подвидом). Есть обычные мужчины и есть Бешеные Звери. И их очень, очень легко отличить друг от друга. Они ведут себя по-разному, они даже выглядят настолько по-разному, что любой взрослый человек сможет без труда различить их в любой типичной социальной ситуации. Помимо того, что они опасны для окружающих и их легко распознать, Бешеные Звери обладают и другими характерными особенностями. • Они жестоки и агрессивны. Если они намерены причинить вам зло, они вас изобьют, оставив следы видимых повреждений. • Они одиноки. Ничей сын, отец, лучший друг, любимый учитель или товарищ по футбольной команде не может быть Бешеным Зверем. • Они непротиворечивы. Они жестоки абсолютно со всеми и совершенно не имеют опыта хороших отношений с кем бы то ни было. • Они косноязычны и не умеют лгать. У них никогда не бывает убедительного алиби или трогательной личной истории. • Они совершенно бесполезны для общества. У них нет сколько-нибудь значительных жизненных достижений или выдающихся достоинств. • Я не один из них. Вот он я, разговариваю с вами, правильно? Любому понятно, что я не Бешеный Зверь. И если человек не удовлетворяет хотя бы одному из этих критериев, он не может быть Бешеным Зверем. А это значит, что он никогда не прибегнул бы к насилию. Ну, ладно, может, и прибегнул бы, но только если бы его довели до абсолютного предела и по очень, очень веской причине. Но он не из тех, кто планирует насилие заранее. Ведь это делают только Звери.
Эта дихотомия и является причиной того, что люди могут одновременно считать, что женщины не должны выходить на улицу в темное время суток, поскольку изнасилование – столь распространенная проблема, и в то же время верить в засилье ложных обвинений в изнасиловании. Это кажется таким логичным, если ты веришь в то, что снаружи во тьме притаились Бешеные Звери.
И если в изнасиловании обвиняют обычного парня, то значит, что в этой истории что-то не так. Это объясняет, почему люди так злятся на советы по предотвращению изнасилований, обращенные к мужчинам – для нормальных мужчин они оскорбительны, а Бешеные Звери все равно не послушают. И это объясняет распространенное мнение, согласно которому жертва насилия сама виновата: либо на нее напал Бешеный Зверь, а стало быть, она проявила непростительную неосторожность, или она подверглась насилию от рук обычного парня а, значит, сама совершила что-то поистине ужасное, чтобы довести его до такого. И что важнее всего, это дает людям возможность сказать «Я не Бешеный Зверь, так что ко мне все это не имеет никакого отношения». Распространять информацию о важности получения согласия или о том как распознать абьюз, просто бессмысленно – Бешеные Звери все равно будут насиловать только из любви к насилию, а обычные парни и так никогда не сделают ничего подобного. Очень нелегко бороться с таким отношением без того, чтобы не прослыть параноичкой и мужененавистницей («любой мужчина может оказаться насильником» для некоторых то же самое, что и «все мужчины насильники»). Но делать это необходимо. Это необходимо для предотвращения изнасилований – чтобы учить людей, что они должны лично позаботиться о получении согласия, даже если они считают себя хорошими людьми. И это необходимо для наказания насильников – для того, чтобы разрушить этот ментальный барьер, защищающий Джулиана Ассанжа, Романа Полански и бесчисленных звезд спорта вывертом мысли «этот прекрасный человек, сделавший так много хорошего, не может быть насильником». И наконец, это необходимо для прекращения потока обвинений жертв в том, что они не обладают даром предвидения и не могли знать заранее о том, что подвергнутся насилию. Это сильно задевает меня лично, поскольку я только что узнала, что человек, которого я хорошо знала – и кого бы я никогда не заподозрила в чем-то подобном, парень, который всегда был полной противоположностью образу агрессивного и неконтролируемого самца – был арестован полицией за избиение своей девушки. И мне сейчас приходится подавлять инстинктивную реакцию, вызывающую непреодолимое желание сказать себе, что, вероятно здесь какая-то ошибка, что наверняка есть смягчающие обстоятельства, «другая сторона истории». Но история проста – он был веселым дружелюбным парнем, который избил свою подружку. Изнасилование и абьюз – это поступки, а не люди, и невозможно знать человека настолько хорошо, чтобы определить заранее, на что он способен. (Необходимое дополнение: были посторонние свидетели и она получила травмы; это не случай «ее слово против его».) Поэтому я не люблю утверждения «ее изнасиловали не из-за того, что она сделала, ее изнасиловали потому, что находилась в присутствии насильника». Я думаю, правильнее говорить
«ее изнасиловали не из-за того, что она сделала; она была изнасилована потому, что насильник решил изнасиловать ее».