05.07.2014

Правовое положение женщин в России в XIX — начале XX вв.

  • Авторка: Ворошилова С.
  • Источник: Из автореферата диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук Ворошиловой С.В. «Правовое положение женщин в России в XIX — начале XX вв.»  
В XIX — начале XX вв. в России господствовала консервативно-патриархальная концепция, в рамках которой женщины занимали подчинённое положение. Эта концепция являлась основой законодательства, поддерживалась высшими органами государственной власти, а также значительной частью населения страны.

В XIX — начале XX вв. в России господствовала консервативно-патриархальная концепция, в рамках которой женщины занимали подчинённое положение. Эта концепция являлась основой законодательства, поддерживалась высшими органами государственной власти, а также значительной частью населения страны. Её теоретической и нравственной опорой являлось христианское учение, согласно которому жена сотворена после мужа — создана для мужа, не только помощница для мужа, но помощница «подобная ему». В научной и общественной среде России XIX в. появляются теории о природных предпосылках неполноценности женщин, в соответствие с которыми заявлялось, что женщины физически слабее мужчин и менее умны, что предполагает ограничение их в правах.

Вместе с тем, представители прогрессивно настроенной интеллигенции, ещё в 1830-40 гг. активно обсуждали проблему необходимости раскрепощения женщин и освобождения их из-под гнёта патриархального семейного уклада. На страницах ведущих российских журналов об этом писали А.И. Герцен, Н.П. Огарёв, Н.А. Добролюбов, М.Л. Михайлов, Д.И. Писарев, К.Д. Ушинский и другие.

В середине XIX в. появляется ряд теоретических работ, посвящённых анализу Свода гражданских законов, истории возникновения и сравнению отечественных законов с законодательством других государств, источникам и проектам законодательных актов. Активной критике подвергались статьи Свода законов о браке и семье, а также статьи, в которых закреплялся порядок наследования, содержащий противоречия и устаревшие положения и значительно ограничивающий права женщин. Констатируя отсутствие у женщин политических прав, ограниченные возможности в получении образования и применении полученных знаний в профессиональной сфере, юристы отмечали отсталость отечественного законодательства перед иностранным.

Под влиянием критических выступлений авторитетных юристов на страницах монографий и журнальных статей, а главное в условиях обострявшейся внутриполитической обстановки в стране предпринимались попытки разработать новый проект гражданского уложения, в котором предусматривалось устранение ограничения в гражданских правах по принципу пола. Впервые в истории отечественного права, предполагалось расширить права женщин в области семейно-брачного и трудового права.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

С началом тюремной реформы в России возрастает интерес к проблеме правового положения лиц, осуждённых за преступления. Характеризуя бедственное положение отечественных пенитенциарных учреждений, исследователи отмечали необходимость создания особых условий для осуждённых женщин.

За освобождение женщин от телесных наказаний выступали А.Г. Тимофеев, А.Ф. Кистяковский, И. Гольденберг, Н.С. Таганцев, И.Я. Фойницкий и др. Среди мер, направленных на улучшение положения заключённых женщин, исследователи отмечали необходимость создания специальных женских тюрем и поддержки со стороны государства женских тюремно-благотворительных комитетов, осуществлявших заботу о нравственном и физическом состоянии женщин, осуждённых к лишению свободы.

В конце XIX — начале XX вв., в связи с ростом промышленного производства и техническим усовершенствованием рабочего процесса, значительно возрос удельный вес женского труда на фабриках, заводах и в ремесленных мастерских. Это привело к всплеску интереса к вопросам, связанным с охраной прав трудящихся женщин. Законодательство России не предусматривало отпуск для беременных женщин, поддержку роженицам со стороны государства и владельцев фабрик и предприятий, правовую охрану матерей, имеющих малолетних детей, что вызвало серьёзную озабоченность со стороны прогрессивно настроенных деятелей общественности и науки.

В начале XX в., в условиях революционных потрясений, всё большую популярность приобрела идея предоставления женщинам политических прав.

Таким образом, по мнению автора, проблема правового положения женщин вызывала пристальный интерес в широких кругах юридической и общественной мысли России. Критически оценивая статьи Свода законов Российской империи, определявших наследственные права женщин, их положение в семье и браке, юристы выдвигали требования подготовки нового гражданского уложения, более соответствующего условиям пореформенного буржуазного развития. В начале XX в. всё большее число сторонников приобретает идея предоставления женщинам политических прав, а также права свободно осуществлять свою профессиональную деятельность.

Автор отмечает особую роль в разработке вопроса о равноправии женщин многочисленных женских организаций, активно действующих в условиях революции 1905 — 1907 гг. Представительницы Всероссийского женского взаимно-благотворительного общества, Союза равноправия женщин, Женской прогрессивной партии и Лиги равноправия женщин, направляли делегации в комиссии думы, подавали прошения и петиции в защиту женского равноправия, публиковали и распространяли речи депутатов поддерживающих расширение прав женщин.

Созданная в 1906 г., при Союзе равноправия женщин, юридическая комиссия, подвергла тщательной экспертизе действующее законодательство, выявляя статьи, ограничивающие права женщин. Результатом этой работы стал проект закона о равноправии женщин, включивший в себя изменения и дополнения к действующим законам, который обсуждался на заседаниях I Государственной думы в рамках проблемы гражданского равноправия.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

В последующих парламентах женский вопрос в таком объёме более не ставился. В условиях спада революционной ситуации, обсуждение в полном объёме проекта закона о равноправии женщин, становится не возможным. С большим трудом, в результате острейших дебатов на заседаниях Государственной думы, удаётся принять законы лишь частично расширяющие права женщин, но не предоставляющие им равные с мужчинами права. Так в 1909 г. был принят закон «О мерах пресечения торга женщинами в целях разврата», в соответствии с которым ужесточается наказание за сводничество. В 1911 г., обсуждая законопроект о выборах уездных земских гласных, III Государственная дума принимает решение о предоставлении женщинам избирательных прав в волостном земстве, но без права быть избранными в председатели и члены волостной управы.

Проект о допущении женщин в адвокатуру, который активно обсуждается с марта по июнь 1912 г. Законопроект о «Желательности законодательного предположения о предоставлении лицам женского пола права быть присяжными поверенными» был принят в третьем чтении и передан в редакционную комиссию, после чего, без существенных изменений поступил в Государственный совет, который отклонил его в январе 1913 г.

В 1912 г. Государственная дума обсуждает и утверждает проект закона о расширении наследственных прав женщин. В отличие от ст. 10 проекта закона о равноправии женщин 1906 г., предусматривающей равенство женщин и мужчин в наследственном праве, закон «О расширении прав наследования по закону лицами женского пола и права завещания родовых имений», подписанный императором 3 июня 1912 г., уравнивал женщин с мужчинами лишь при наследовании движимого имущества. В наследовании земельного имущества, доля сестры при брате составляла одну седьмую часть.

Анализируя материалы Государственной думы, автор приходит к выводу о том, что вопрос о женском равноправии не рассматривался парламентариями, как вопрос первостепенной важности. Большая часть депутатов Думы, не считало необходимым решать его немедленно. Несмотря на прогрессивную позицию отдельных фракций и депутатов, деятельность Государственной думы по законодательному регулированию правового положения женщин и решению вопроса о равноправии полов была инертной. За 11 лет существования Государственной думы четырёх созывов так и не были решены вопросы предоставления женщинам равных с мужчинами политических и гражданских прав, вопросы улучшения условий труда женщин, а также правовой охраны материнства и детства.

Исследуя положение замужней женщины в рассматриваемый период, автор приходит к выводу о законодательном закреплении института власти мужа, в силу которого жена была обязана повиноваться ему и проживать с мужем совместно, следовать за ним, в случае перемены места жительства, пребывать к нему в любви и неограниченном послушании.

Ограничение личных и имущественных прав замужних женщин, как свидетельствует автор, проявлялось также в том, что женщины не могли без согласия своих мужей давать на себя векселя, заключать договоры личного найма, получать отдельный вид на жительство, поступать на государственную и общественную службу, или в учебные заведения, а также участвовать в гражданском процессе, защищая свои права.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

 

Проведя сравнительный анализ отечественного и зарубежного законодательства, закрепляющего правовой статус замужних женщин, автор отмечает, что в отличие от западноевропейских законов, признающих мужа естественным попечителем своей жены и предусматривающих институт раздельного жительства супругов, отечественное право закрепляет принцип раздельного владения имуществом супругами, что предполагает известную самостоятельность замужних женщин в решении имущественных вопросов.

Приданое жены, равно как и имущество, приобретённое ею или на её имя во время замужества, через куплю, дар, наследство или иным законным способом, признавалось её отдельной собственностью.

В виду изъятия из общего правила о полной раздельности имущества супругов, законодательство России допускало в Черниговской и Полтавской губерниях общность владения и пользования супругами приданым жены, которое поступало в распоряжение мужа.

К числу прав и обязанностей между супругами, установленных Сводом законов, относилась обязанность мужа доставлять жене пропитание и содержание «по состоянию и возможности своей». Автор отмечает, что в отличие от законодательства Германии, Саксонии, Италии, Франции и Швейцарии, предусматривающего обязанность для жены содержать своего мужа, если он сам не в состоянии содержать себя, отечественные законы подобной обязанности для жены не устанавливали.

В начале ХХ в. Свод был дополнен статьёй 1061 , в соответствие с которой право жены на содержание сохранялось за ней даже в том случае, если она, по вине мужа, не проживала с ним совместно. Вместе с тем, жена не в праве была требовать себе содержания, если она уклонялась от совместного жительства с мужем, несмотря на требование мужа вернуться к нему.

Потребности жены, которые должны были приниматься во внимание при определении алиментов (жильё, одежда и т.д.), не устанавливались ни законом, ни судебной практикой. Сенат указывал лишь на то, что ст. 106 не обязывает мужа хоронить свою жену. Оценка потребностей жены, как чисто фактическое обстоятельство, предоставлялась на усмотрение судьи, решающего дело по существу.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

Автор отмечает, что ограничение замужних женщин в правах в XIX веке проявлялось и в определении взаимоотношений родителей с детьми, что было характерным не только для отечественных законов, но и для европейского законодательства. Институт отеческой власти устанавливал преимущественное право отца в деле воспитания детей и избрания для них образа жизни, управлении и пользовании имуществом несовершеннолетних детей, а также представлении детей во всех делах.

Вступление в брак с человеком высшего сословия сопровождалось для женщины повышением её правового статуса. Право жены на все права и преимущества мужа, сопряжённые с его состоянием, чином или званием она сохраняла и во вдовстве и при разводе. Жена именовалась по званию своего мужа и не теряла данного права, даже если мужа по приговору суда лишали прав его состояния.

Жена была обязана принять фамилию мужа, хотя могла сохранить и прежнюю (по отцу или прежнему браку) фамилию, прибавив её к фамилии мужа. В отличие от законодательства европейских государств, в России, женщины могли сохранить фамилию своего мужа даже в случае расторжения брака, вне всякой зависимости от причины развода.

Рассматривая содержание Закона 12 марта 1914 г. «О некоторых изменениях и дополнениях действующих узаконений о личных и имущественных правах замужних женщин и об отношениях супругов между собой и к детям», автор приходит к выводу о существенном улучшении правового положение замужних женщин, которым предоставляется право отклонять требования мужей о совместной жизни, если она «представляется невыносимой», свободно обязываться векселями, без согласия мужа получать отдельный вид на жительство. Замужние женщины, проживающие отдельно от своих мужей, по новому закону, могли не спрашивать их разрешения при найме на службу, а также и при поступлении в учебные заведения.

Наследственные права женщин выражались в праве дочери при сыновьях наследовать 1/8 в движимом и 1/14 в недвижимом имуществе. Если же дочерей было так много, что за выделом им восьмых и четырнадцатых долей, доля сына была бы меньше, всё имущество делилось поровну. При отсутствии сыновей, сёстры делили между собой имущество родителей в равных долях.

По боковым линиям сёстры при братьях устранялись от наследования.

Анализируя доводы сторонников и противников расширения наследственных прав женщин, а также обсуждение этого вопроса на заседаниях Государственной думы, автор соглашается с мнением юристов, считавших что ограничение женщин в праве наследования не являлось оправданным никакой государственной или общественной необходимостью.

Вместе с тем, в законе от 3 июня 1912 г. «О расширении прав наследования по закону лиц женского пола» женщины уравнивались с мужчинами лишь при наследовании движимого имущества, а также в «городском имуществе» благоприобретённом и родовом. При наследовании земельного имущества доля сестры при брате составляла одну седьмую часть.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

Автор подчёркивает, что, не смотря на громкие заверения правительства о том, что уравнение мужчин и женщин в праве наследования находится в полном соответствии с общим направлением правовой политики, законодательных актов, в которых бы женщины получили действительно равные с мужчинами права, в XIX — начале XX вв. принято не было.

Первым законодательным актом, в котором при определении порядка выборов в органы местного самоуправления, упоминались «лица женского пола», стало «Положение о губернских и уездных земских учреждениях» 1864 г. Женщины, чьё состояние отвечало принятому имущественному цензу, могли по доверенности передавать своё право участия в выборах не только родственникам (отцам, мужьям, сыновьям, братьям и зятьям), но и всяким другим лицам.

При обсуждении проекта городской реформы, местные комиссии некоторых городов вновь поднимают «женский вопрос» и высказывают предложения не только допустить женщин к выборам, но и разрешить им занимать должности в органах городского самоуправления. Тем не менее, по Городовому положению 1870 г., женщины не только лично не допускаются к избирательным урнам, но и ограничивается круг лиц, которым они могли передавать свои голоса. Теперь, женщины обладающие цензом, могли передавать свои полномочия только родственникам (отцам, мужьям, сыновьям, зятьям, внукам, родным братьям и племянникам).

Характеризуя законодательство о выборах XIX в. автор приходит к выводу, что от участия в политической и общественной жизни России было отстранено более половины населения, поскольку по данным переписи 1897 г. женщин насчитывалось на 711 тысяч больше чем мужчин.

При обсуждении проекта закона о выборах в Государственную Думу, Совет Министров изъял статьи, позволяющие женщинам передавать свои голоса своим родственникам мужчинам. Данные изменения объяснялись тем, что «политическое право личное и не может быть передаваемо». Вместе с тем, Положение о выборах в Государственную Думу от 6 августа 1905 г. предусматривало право для женщин, отвечающих цензовым требованиям, передавать свои голоса по доверенности своим мужьям и сыновьям. Таким образом, девицы и вдовы, не имеющие сыновей, лишались представительства даже через доверенных лиц.

Анализ доверенностей на участие в выборах в Государственную думу, написанных женщинами своим мужьям и сыновьям, позволил автору сделать вывод о том, что мужчины были свободны в своём выборе. Очень часто в тексте такой доверенности присутствовала фраза: «Во всём законно учинённом по сей доверенности я тебе верю, спорить и прекословить не буду».

В вопросе о политических правах женщин субъекты государственной политики подчас имели противоположные точки зрения. Правительственные учреждения, представлявшие интересы монарха и централизованной власти, были однозначно против вовлечения женщин в общественно-политическую деятельность. Поэтому только в ходе Февральской революции женщинам предоставляются равные с мужчинами избирательные права.

Впервые женщины получают право принять участие в голосовании при формировании органов местного самоуправления по новым законам о выборах в земства и городские думы 1917 г. в постановлениях Временного правительства «О производстве выборов гласных городских дум» и «О выборе волостных земских гласных» говорилось о том, что «правом участия в выборах гласных пользуются Российские граждане обоего пола, всех национальностей и вероисповеданий…».

В сентябре 1917 г. состоялось утверждение III (последнего) раздела Положения о выборах в Учредительное Собрание, в соответствие с которым лицам женского пола предоставлялось равное с мужчинами активное и пассивное избирательное право. Участие женщин в выборах характеризовало пробуждение их к активной общественной и политической жизни, что означало важный социокультурный сдвиг в российском обществе. Тем не менее, женщины-кандидаты встречались в избирательных списках крайне редко, что свидетельствовало о сложившихся в общественном сознании стереотипах, ориентирующих женщину на семью, а также о существовавшем в обществе недоверии к женщинам и их способностям полноценно решать вопросы государственной политики.

Правовое положение женщин, осуждённых к лишению свободы, характеризовалось особым статусом беременных женщин и женщин, поступающих в пенитенциарное учреждение с малолетними детьми, а также в изъятии женщин от некоторых наказаний и в смягчении или замене одних наказаний на другие. По законам России, женщины раньше мужчин были освобождены от телесных наказаний, кроме того, вместо исправительных арестантских отделений женщинам, также как и подросткам, престарелым, «дряхлым» и не способным к работе назначалось тюремное заключение.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

Женщины-арестантки, содержащиеся в одних тюрьмах с мужчинами, в соответствие с тюремными уставами, помещались в особые отделения. Заключённые женщины не могли выполнять работы вне тюремной ограды и работали в помещении, а также во дворе и огороде. Для женщин с грудными младенцами предписывалось искать такие работы, которые позволяли бы им продолжать заботиться о своих детях. По достижении детьми полуторагодовалого возраста, детей забирали у матерей, отбывающих наказание в тюрьмах и передавали на попечение заведений общественного призрения. Вместе с тем, заключённым-женщинам, так же как и мужчинам предоставлялось право на переписку, на свидание с родственниками, на получение передач и денежных переводов, право на получение бесплатного питания и одежды, право на прогулку, медицинскую помощь и т.д.

Характеризуя деятельность женского тюремного патроната, основной целью которого являлось обучение женщин различным профессиям, с целью облегчения освободившимся поиска работы, автор в качестве важнейшей причины его неэффективности отмечает недостаточное государственное финансирование.

В соответствие с Уставом о ссыльных издания 1909 г., следующие в ссылку женщины делились на два разряда: идущие по собственной воле за своими осуждёнными мужьям и те, кто был отправлен в ссылку по приговору суда. Женщины, добровольно отправившиеся в ссылку за своими мужьями не должны были отделяться от них и не подлежали строгому надзору. В отношении осуждённых женщин действовали те же правила, что и для мужчин.

По Уставу уголовного судопроизводства, приговор в отношении беременной женщины, или недавно родившей, откладывался до истечения сорока дней после родов. Приговорённые к ссылке женщины, кормящие грудью младенцев, если сами не просили об отмене отсрочки наказания, не ссылались до достижения их детьми полуторагодовалого возраста, если сами не просили о скорейшем их отправлении.

Осуждённые к ссылке женщины с грудными детьми не разлучались с ними, если сами не изъявляли желания оставить их с мужьями или родственникам. Женщины, осуждённые к бессрочным каторжным работам, по ст.94 «Устава о ссыльных» должны были также, как и мужчины содержаться в ножных и ручных оковах, но менее тяжёлых.

По истечении определённого срока, после зачисления ссыльных женщин в сословие крестьян или мещан, им разрешалось вступать в брак на общих основаниях, но при условии, что их мужья дадут подписку не вывозить их и самим не переселяться на постоянное место жительства из местностей, назначенных для ссылки. Если женщина вступала в брак с мужчиной, принадлежащим к более высокому сословию, ей не сообщались права и преимущества её мужа и не возвращались права, которые ей принадлежали до её осуждения.

Особые правила в Уставе о ссыльных устанавливались для евреек. Они могли следовать за своими осуждёнными мужьям, взяв с собой детей: сыновей не старше 5 лет и дочерей не старше 10 лет. Более взрослые дети могли следовать за родителями только по собственному согласию. Если приговором суда была осуждена женщина — еврейка, то за ней в ссылку не могли следовать ни муж ни дети. Грудных младенцев матери могли брать с собой только с согласия мужей.

Подводя итог, автор приходит к выводу о том, что законодательство России XIX — начала XX вв., определяющее положение осуждённых женщин, не смотря на мелкие уступки, не обеспечивало женщинам права на личную неприкосновенность, а также репродуктивные и материнские права.

Выявляя причины активного привлечения женщин к фабричному труду в XIX — начале ХХ века, автор выделяет техническое усовершенствование рабочего процесса и интенсивное внедрение машинного производства, а также то, что труд женщин оплачивался значительно ниже, чем труд мужчин.

Правовое положение женщин 19-20 вв.  5

Раскрывая содержание Закона «О воспрещении ночной работы несовершеннолетним и женщинам на фабриках, заводах и мануфактурах» 3 июня 1885 г., Устава о промышленном труде 1913 г. и других нормативно-правовых актов, автор приходит к выводу что, законодательство о женском фабричном труде лишь касалось таких важных вопросов, как ночной и сверхурочный женский труд, работа на вредных для здоровья женщин предприятиях и проблемы страхования. В отличие от зарубежного законодательства, в России отсутствовали нормы, предусматривающие отпуск для беременных женщин, материальную помощь роженицам от государства и владельцев фабрик и предприятий, создание особых условий для кормящих матерей. Кроме того, повсеместно отмечались нарушения закона со стороны работодателей.

Особое внимание уделяется правовому регулированию трудовой деятельности женщин — служащих в России, а также процессу создания института присяжных поверенных в России и судьбе вопроса о предоставлении женщинам права заниматься адвокатской деятельностью.

Раскрывая процесс разработки и обсуждения проекта закона «О допущении лиц женского пола в число присяжных и частных поверенных» на заседаниях Государственной думы и Государственного совета, автор приходит к выводу о том, что не смотря на существовавшую потребность в женщинах-адвокатах и значительный процент женщин, имеющих высшее юридическое образование, юристы-мужчины видели в женщинах нежелательных и опасных конкуренток. Таким образом, в России до 1917 г. женщины имели право получать юридическое образование, но не имели права на применение своих знаний выступая в судах в качестве адвоката.

5 августа 1917 г. Временное правительство принимает постановление «О расширении предоставленных лицам женского пола прав на поступление на государственную службу». В нём устанавливались равные права и равные обязанности женщин и мужчин при поступлении на государственную службу во все гражданские ведомства. Реализовать намеченные изменения Временному правительству не удалось, в силу непродолжительности его существования.

Анализ правовых актов, регулировавших трудовую деятельность женщин, позволил автору прийти к выводу о том, что традиционно женскими профессиями, по мнению законодателя, являлись педагогическая, врачебная и канцелярская деятельность. Не смотря на то, что женщины являлись значимым субъектом экономической жизни, они испытывали дискриминацию во всех профессиональных сферах, а также имели ограниченный доступ к профессиям, требующим высшего и специального образования. Расширение прав трудящихся женщин, в значительной мере, было связано с революционной ситуацией и активным участием женщин в забастовочном движении.

Женщина в крестьянской семье была обязана выполнять многочисленные работы по дому и хозяйству, помогать мужчинам в поле, заботиться о детях, муже и родителях. Незамужняя дочь не имела права голоса в управлении общим хозяйством и, помимо приданого, своей доли в имуществе семьи. Жениха для дочери определяли родители. Вместе с тем, случаи отказа от брака со стороны невесты, подтверждавшиеся многочисленными примерами из практики волостных судов, позволили автору прийти к выводу о том, что мнение невесты имело в крестьянской среде определённое значение.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

Вступая в брак, женщина попадала в зависимость от мужа, который определял её место жительства, являлся хозяином дома и главой семьи. Без согласия мужа жена не имела права распоряжаться семейным имуществом, за исключением принадлежащего ей приданого. Если же муж уходил на заработки, то жена пользовалась свободой во всех повседневных хозяйственных делах. Вместе с тем, при сильном характере жены и слабости мужа, жена могла приобрести главенство в семье, признаваемое общиной. В таких случаях жене разрешалось выступать на сельском сходе и отвечать за исполнение различных повинностей. После смерти мужа, главы семьи в неразделённых крестьянских семьях, вдова приобретала все права хозяйки дома и управляла имуществом всей семьи.

Жена находилась под властью мужа и не могла оставлять дом последнего без его разрешения. Волостные суды строго следили за исполнением данной обязанности и не ограничивались одним лишь водворением или внушением, а нередко подвергали виновную женщину и её родителей уголовным наказаниям — штрафу, аресту на несколько дней, присуждению к общественным работам, а подчас и телесным наказаниям.

Нежелание крестьянских жён проживать совместно с мужем, чаще всего объяснялось не способностью мужа прокормить семью и жестоким обращением с женою, причинами которого являлись практическое отсутствие возможности расторжения брака и в крестьянском воззрении на жену, как на собственность мужа.

Отмечая, что на раздельное с мужем проживание, по обычаям, жена имела право только с его согласия, автор приводит примеры из практики волостных судов, когда и без согласия мужа, в том случае, если он растратил семейное имущество, женам выдавался отдельный вид на жительство.

Признавая власть отца в крестьянской семье, обычное право предусматривало также родительские права матери, которые при жизни мужа, сводилась к праву требовать от детей послушания и уважения, что санкционировалось решениями волостных судов.

Используя материалы различных архивов, большая часть из которых впервые вводится в научный оборот, автору удалось выявить специфику обычно-правового положения женщин в России рассматриваемого периода, которая заключалась в том, что обычай, в отличие от закона, предусматривал для жены право жаловаться суду на поведение мужа, в возможности применения телесных наказаний к жёнам, не желавшим проживать совместно с мужьями, а также в праве супругов проживать отдельно по их взаимному согласию.

После смерти крестьянина его вдова могла сохранить пожизненное главенство над хозяйством, и в отношении других членов семьи к ней переходили права, которыми ранее располагал её покойный супруг. По представлениям общинного крестьянства мать — вдова, имевшая взрослых и женатых сыновей, была правомочна возглавлять хозяйство и отвечать за повинности, падавшие на него. За вдовами-матерями, возглавлявшими хозяйство, оставался решающий голос при выделах сыновей или полных разделах семей.

Крестьянская вдова имела право не только решить вопрос об определении доли каждого из своих детей в семейном имуществе, но и потребовать от них расплатиться по своим долгам и ежегодно выплачивать ей определённое содержание. Вдова могла сохранить за собой право пользования земельным наделом, приходившимся на душу её покойного мужа. В этом случае община учитывала, прежде всего, сможет ли она «тянуть подати» и есть ли у неё наследники мужского пола.

Правовое положение женщин 19-20 вв.

Имущественные права женщин, не способных возглавить крестьянское хозяйство (не вышедшие замуж дочери, сёстры, тётки, бездетные или имевшие только дочерей снохи или невестки) были существенно ограничены. Они, по нормам обычного права, не получали доли в общем семейном имуществе. Если кто-либо из них желал выделиться и жить самостоятельно, то им предоставлялось минимальное имущество, размер которого зависел от семейных обстоятельств и заранее нигде не фиксировался. Бездетная вдова, чаще всего, не получала определённой части семейного имущества, следовавшей её мужу, а возвращалась в родительский дом. Семья мужа была обязана возвратить ей только приданое, если она его с собой принесла.

В обычном праве женщины обыкновенно не участвовали в разделе отцовского имущества, но братья были обязаны давать сёстрам содержание и выдать их замуж, снабдив приданым. Исключением являлись решения волостных судов, в соответствие с которыми дочерям выделялась часть из наследства, преимущественно из движимого имущества. Вместе с тем, в некоторых местностях, сёстры могли получить и равную с братьями долю в движимом имуществе, а при отсутствии братьев и всё имущество отца.

По обычаям, также как и по закону, приданое считалось собственностью жены и в большинстве случаев возвращалось ей при уходе от мужа, или в случае его смерти, но при этом всегда учитывалось сколько времени она прожила в семье и по прошествии известного числа лет, тленные вещи считались прожитыми женой или обоими супругами с их общего согласия и возвращались только те, которые сохранились.

При составе дома из родственников разных степеней, наследство переходило не к более близким и не по праву представления, а делилось поровну между всеми взрослыми работниками. Отделившиеся от семьи родственники, независимо от степени близости к умершему, в разделе имущества не участвовали. Отчуждать общее семейное имущество допускалось только с согласия всех домохозяев, причём не только мужчин, но и женщин.

Рассматривая дела о наследовании вдовы после мужа, автор приходит к мнению, что волостные суды старались руководствоваться постановлениями закона об указной части. Вследствие этого вдове с детьми выделялось из имущества мужа 1/3, 1/4, но чаще 1/7 часть.

Различные экономические условия хозяйственного строя «большой» и «малой» крестьянской семьи отражались и на имущественном обеспечении вдовы после смерти мужа: в то время, как «малая» семья, по своей хозяйственной организации, отводила крестьянской женщине самостоятельное место, экономические условия «большой» семьи являлись весьма неблагоприятными для наследственных прав женщин.

Сноха, т.е. жена не отделённого сына, оставшаяся после смерти мужа с одними дочерями, ничего не получала на них из доли семейного имущества, следующей их покойному отцу, или же ей выделялось на содержание дочерей, по усмотрению свёкра, некоторая «малая часть мужниной доли», например, немного хлеба и скота. Таким образом, в «большой» крестьянской семье дочь, даже при отсутствии сыновей, в лучшем случае получала лишь незначительную часть из имущества своего отца.

По общему правилу, вдова-сноха при детях мужского пола получала на них при отделе всю часть имущества, которая следовала бы умершему её мужу, если бы он был жив. Право вдовы-снохи на выдел указанной части не зависел от того, вступила она во второй брак или нет.

Подводя итог, автор приходит к выводу о том, что, крестьянские акты свидетельствуют о безусловной самостоятельности обычного права и его независимости от государственных узаконений. Имущественные права крестьянок, в отличие от представительниц других сословий, определялись не столько родственными отношениями, сколько их участием и ролью в ведении общего крестьянского хозяйства.

Share

Код для вставки на сайт или в блог:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять + 16 =