12.12.2014

Продаются Natashi. За пачку долларов

продаются наташи
  • Источник: Отрывок из книги Виктора Маларека «Продаются Natashi» (Victor Malarek «The Natashas», 2003г. )
  • Предыдущая часть:
Спасительный якорь для вездесущей человекоторговли — коррупция. Без нее трафик нипочем не разросся бы до нынешних масштабов.

Покупательную способность имеют как звонкая монета, так и даровой секс. Пока существуют правительственные чиновники с загребущими руками и полицейские, которым не терпится спустить штаны, торговцы женщинами благоденствуют.

Чтобы владельцам борделей и сутенерам исправно текли деньги, их жертвы должны быть доступны клиентам в любое время суток. Следовательно, торговать сексом подпольно практически невозможно. Клиент должен знать, где найти женщину, как только возникнет потребность.

Лишних проблем ему не нужно. Он не желает играть в кошки-мышки, рискуя вдобавок преступить закон. Но уж если к условиям трафика смогли приспособиться похотливые самцы, то полиция с ее следственными методами и высококачественным техническим оборудованием вполне могла бы остановить торговлю. Однако этого не происходит. Почему?

Ответ знает Гэри Хоген. Глава Международной миссии правосудия, христианского агентства по правам человека в Вашингтоне, он не раз вышибал двери душных борделей третьего мира, чтобы освободить девушек из сексуального рабства. Из своего жизненного опыта Хоген извлек один основополагающий урок:

Торговцы людьми, сутенеры и содержатели борделей невосприимчивы к резолюциям, договорам, соглашениям и протоколам международного сообщества до тех пор, пока все это не отражается на поведении полицейских офицеров или констеблей на улицах. Если владелец публичного дома не встречает особого противодействия со стороны гражданских властей, отчего бы ему не продолжать свое дело? Прибыль-то велика.

Того же мнения придерживается Мартина Ванденберг, опытная и бесстрашная исследовательница, собиравшая сведения для Хьюман Райте Вотч в самых горячих точках работорговли — Боснии, Израиле и Греции.

«Такое насилие над правами человека, как торговля людьми, не смогло бы процветать без содействия со стороны инертных и продажных чиновников».

Ванденберг провела сотни бесед с жертвами трафика и сотрудниками правозащитных организаций. Она слышала множество печальных историй о попустительстве и коррупции органов правопорядка:

Торговцы людьми часто используют взятки — иногда деньгами, иногда бесплатными интимными услугами, — чтобы отвести глаза полиции и чиновникам, а то и заручиться их покровительством. Так они берут крепости, которым надлежит быть неприступными. Соучастие властей не только гарантирует безнаказанность торговцев, но и подает сигнал проданным женщинам: их мучители вольны творить произвол, путь к свободе заказан.

Словно эхом отдались рассуждения Ванденберг в феврале 2002 года на конференции по торговле людьми, организованной в Вене Международной Хельсинкской федерацией по правам человека. В течение двух дней в ходе напряженных дискуссий правозащитники неоднократно выражали беспокойство по поводу роли представителей закона в товарообороте трафика. Участники приводили примеры коррупции, содействия и попустительства со стороны правительственных бюрократов, полиции, пограничников и судей в странах отправления, транзита и назначения одушевленного товара. Оказалось, в нечистых делах были замечены и миротворцы ООН, и руководство ряда международных благотворительных организаций.

На Венской конференции один из докладчиков рассказывал об омерзительном случае, когда в похищении двух украинок участвовали польские пограничники. Солдаты силой вывели женщин из автобуса и передали торговцам, ожидавшим в машине. Женщин перевезли в отель под Варшавой, где продали на аукционе, проходившем под охраной местного отделения полиции.

Одна правозащитница поведала о своей неофициальной встрече с полицейскими чиновниками Молдовы, где коррупция, связанная с трафиком, укоренилась в высших эшелонах правительства. Полиция «мягко и дипломатично» предупредила активистку, что ей не следует питать особых надежд и тратить силы на кампании и мероприятия против трафика. Они не будут иметь успеха, поскольку, как ей объяснили, «в бизнесе заинтересованы важные и могущественные люди».

В торговле людьми коррупция занимает столь важное место, что порой сводит на нет усилия тех, кто работает с освобожденными женщинами. Выяснилось это в июне 2002 года на семинаре по трафику, проходившем в городе Порторож (Словения). По окончании семинара делегаты направили в Совет Европы, спонсировавший мероприятие, срочное письмо:

В ходе семинара в Портороже некоторые представители организаций по борьбе с трафиком заявили, что правительственные чиновники оказывают на них давление, дабы предотвратить распространение сведений о коррупции. Несколько НПО (неправительственных организаций) получили прямые предупреждения от правительств стран, где они работали до и во время конференции. Их проинструктировали, как освещать ситуацию с трафиком и особенно с коррупцией. Следует отметить, что в присутствии представителей правительственных органов некоторые НПО избегали открыто говорить о случаях подкупа должностных лиц. Складывается впечатление, что причиной такого поведения служат опасения правозащитников спровоцировать конфликт с теми самыми инстанциями, с которыми им приходится сотрудничать в борьбе с трафиком у себя на родине.

С 2000 года в Государственный департамент США поступает бесконечное множество отчетов, на основании которых составлен перечень бывших советских республик и стран Восточного блока, где коррупция превратилась в образ жизни. В докладе о соблюдении прав человека в разных странах мира, опубликованном в марте 2002 года, сообщается, что есть сведения об участии коррумпированных милиционеров Белоруссии в торговле женщинами и девочками. В разделе о Болгарии мы читаем:

«Женщины не решаются заявить в полицию о похищении и принуждении к проституции. Доходы человекоторговцев столь велики, что любой полицейский может быть подкуплен».

В докладе отмечено, что коррупция в этой стране приобрела «грандиозный размах». Раздел о Грузии подчеркивает, что гражданское население страны «не доверяет правоохранительным органам из-за чрезвычайно высокого уровня коррупции среди полицейских. Например, они знают, в каких районах работают проститутки, и осведомлены о проституции несовершеннолетних, однако не принимают никаких мер по пресечению преступной деятельности. Полиция сотрудничает с сутенерами и получает свою долю прибыли».

В разделе о Молдове упомянуто «широкое распространение коррупции и связи правительственных чиновников и полиции с организованными преступными группировками» в сфере торговли людьми.

Коррупция в России фигурирует во многих отчетах как ключевой фактор, способствующий трафику. Русские женщины, возвращаясь домой, «не осмеливаются идти в милицию с жалобой на те агентства, что нанимали их на работу. Очевидная причина их пассивности — страх перед организованной преступностью и общее недоверие к российским правоохранительным органам».

То же самое происходит и на Украине, где «милиция и пограничники получают взятки за то, что закрывают глаза на торговлю людьми». То и дело встречается утверждение, что «местные должностные лица оказывают содействие организованным преступным группировкам в продаже женщин за границу».

Однако в коррупции погрязли не только бывшие советские государства и страны Восточного блока. Секс-индустрия приносит организованной преступности достаточно денег, власти и влияния, чтобы легко заманивать в сети жадных правительственных чиновников и полицейских во всем мире. В этом вопросе международные доклады и исследования единодушны, где бы ни заканчивался путь проданных женщин. Хуже всего, несомненно, коррупция полиции, чье предназначение — служить людям и охранять их, причем самым слабым звеном в этой цепи обычно оказывается патрульный полицейский. Спектр нарушений служебного долга широк: от пассивности — игнорирования преступлений, терпимого к ним отношения или бездействия — до преднамеренного создания помех расследованию, включая предупреждение преступников о готовящихся рейдах и взяточничество как деньгами, так и интимными услугами. Особенно скверно обстоит с соблюдением прав человека в двух странах, подвергающихся суровой международной критике за коррупцию правоохранительных органов в связи с трафиком, — Греции и Израиле.

Грецию постоянно сотрясают обвинения в полицейской коррупции, граничащей с беспределом. Для поставщиков иностранных женщин (преимущественно с Украины, из России, Молдовы, Болгарии, Румынии и Албании; общее число оценивается примерно в 20 тысяч) плата за полицейскую протекцию — всего лишь рутинная финансовая операция. Под бдительным оком греческих пограничников и полиции контрабандисты ввозят женщин без регистрации для работы проститутками в борделях, барах и массажных салонах. И вот результат: Греция стала магнитом для секс-туристов. До падения железного занавеса в стране насчитывалось не более двух тысяч так называемых нелегальных проституток, в основном местных. Сегодня торговля плотью бойко идет на улицах, куда ни глянь.

Григорис Лазос, профессор Афинского университета Пантеон, на протяжении десяти лет руководивший исследованием проблемы проституции, пришел к выводу, что Греция стала крупным перевалочным пунктом для торговли восточноевропейскими проститутками. Он выяснил, что многих женщин, незаконно ввезенных в Грецию, затем перепродают на рынках живого товара сутенерам из Турции, стран Ближнего Востока и Европы. И главным залогом успеха является коррупция:

«Не подкупая чиновников, невозможно управлять таким большим и сложным нелегальным предприятием».

Димитрис Кириазидис, президент Всегреческой конфедерации офицеров полиции, в апреле 2001 года шокировал страну публичным признанием, что полиция вовлечена в «организации, нелегально поставляющие женщин» в Грецию. На этом международные конфузы не кончились.

В июле 2001 года, когда правительство США в первом ежегодном мировом докладе обрушилось на процветающую торговлю людьми, в самом низу рейтинга оказались двадцать три страны, в том числе Греция. Государственный департамент отметил, что Греция не предпринимает серьезных усилий в борьбе с трафиком, отказывается публично признать существование проблемы, не в состоянии принять всестороннего законодательства против трафика, подвергает торговцев людьми преследованию в судебном порядке крайне редко, да и то с вынесением неоправданно мягких приговоров. Главной проблемой была названа коррупция в полиции и пограничной службе.
Вскоре после этого доклада Хьюман Райте Вотч выпустила нашумевший Memorandum of Concern (41 страница!) по поводу незаконного ввоза женщин в Грецию. Меморандум гласит, что в торговле людьми

«нередко задействованы полиция и сотрудники иммиграционных служб. Более того, очевидно, что продажа женщин для принудительного занятия проституцией не может существовать в международном масштабе без помощи должностных лиц».

В греческих газетах нашли отражение многочисленные инциденты с участием полиции, в том числе выдача поддельных разрешений на жительство и трудоустройство женщинам, которые нелегально и в нечеловеческих условиях служат секс-рабынями греческим и албанским бандитам по всей стране. В чрезвычайно неловкое положение попала полиция города Фессалоники (на севере Греции) в октябре 2000 года. Полицейские ворвались в стрип-клуб Tutti Frutti, подозреваемый в содержании жертв трафика, и освободили шесть девушек. Через несколько часов выяснилось, что клуб является одним из основных рекламодателей журнала, который раз в два месяца выпускает ассоциация полицейских.

Два месяца спустя ежедневная газета «Элефтеротипия» пестрела скандальными заголовками: отдел служебных расследований полицейского управления вышел на крупную банду торговцев проститутками в центральном регионе Фессалии. Судя по всему, бандой руководили офицеры полиции. Согласно просочившемуся в печать конфиденциальному рапорту, нелегальное предприятие — прозванное местными жителями «мясной машиной» — доставило в Грецию за десять лет около 1200 восточноевропейских женщин. Криминальные доходы за этот период превысили сто миллионов долларов. В банде состояли полицейские городов Кардица и Трикала различных чинов и званий, а также уважаемые предприниматели, сотрудник прокуратуры, который якобы пытался вымогать деньги рэкетом, и два личных телохранителя влиятельного члена парламента. Одна из женщин, купленная и эксплуатируемая бандой, рассказала судье, что полицейские офицеры были частыми посетителями клуба, где она работала. Днем они приходили в форме проверять, в порядке ли документы заведения. Ночью же возвращались в штатском за бесплатным обслуживанием.

Скандальную известность получил инцидент в 1998 году, когда офицера полиции и отставного полицейского арестовали в афинских апартаментах, где они силой удерживали двух украинок, торгуя их телами. Соседи рассказали командовавшим операцией офицерам из Бюро регистрации иностранцев, что женщин постоянно избивали, чтобы добиться повиновения. Жильцы не раз жаловались в местное отделение полиции на крики, доносившиеся из квартиры, но безрезультатно. Как раз в том отделении и работал арестованный офицер полиции. Найденный следователями альбом с фотографиями запечатлел его, часто одетого в тот или иной предмет униформы, в постели с разными молодыми женщинами.

Перед самоубийством Ирины Пенкиной в 1998 году в полицию также поступило несколько жалоб от жильцов дома, где Ирину держали под замком вместе с тремя другими женщинами. Реакции не последовало ни разу. Даже анонимный звонок в полицейский участок в Фессалониках остался без ответа. А всего несколькими месяцами ранее три офицера того же округа были арестованы по обвинению в пособничестве проституции.

После каждого громкого скандала греческие политики клянутся начать кампанию по изобличению продажных полицейских и бюрократов и остановить торговлю людьми. Пытаясь успокоить возмущенную общественность, они обещают действовать стремительно и сулят ощутимые перемены. Проводят ряд образцово-показательных рейдов по известным публичным домам. Отлавливают и депортируют проституток без регистрации. Арестовывают и судят сутенеров и полицейских взяточников. Но по мере того как дела увязают в судебных процедурах, заклейменных Госдепартаментом США как «медленные и неэффективные», все стихает. В Греции уголовное дело обычно доходит до суда где-то за восемнадцать месяцев — чуть раньше, чем истекает максимальный срок предварительного заключения. До вынесения окончательного решения по делу проходит в среднем восемь лет. Неудивительно, что при таких обстоятельствах трафик вновь и вновь возрождается, едва гаснут прожектора общественного внимания.
Полицейская коррупция составляет ядро трафика и в Израиле. Но, несмотря на бесконечные обвинения в адрес полицейских, в том числе и отставных, эта постыдная ситуация ничуть не тревожит политические и правительственные круги. Между тем Номи Левенкрон в своем крошечном офисе в Тель-Авиве единым духом выкладывает столько зафиксированных ею случаев соучастия полиции в преступлениях, что оторопь берет.

Невозможно описать, как широко распространено взяточничество среди израильских полицейских. Нередко они в открытую взаимодействуют с сутенерами и работорговцами. Более того, многие полицейские — постоянные клиенты борделей. Воспринимая это как признак сговора между своими мучителями и властями, жертвы редко жалуются последним на первых и прощаются с надеждой на избавление.

По словам Сигаль Розен, руководительницы «Горячей линии для рабочих-мигрантов» в Тель-Авиве, иногда полицейские получают скидки в борделях «благодаря добрым отношениям с владельцами». Розен добавила:

«Слышали мы и о таких крайностях, как активное участие полицейских в покупке и продаже женщин и возвращение арестованных проституток сутенерам за денежное вознаграждение».

Сидя за столом, заваленным документами по делам освобожденных жертв трафика, Розен рассказывает историю русской девушки по имени Лариса, с которой познакомилась весной 2001 года во время посещения женской тюрьмы Неве Тирза в пригороде Тель-Авива. Чиновники прилагали все усилия, чтобы ускорить депортацию заключенной, и Розен заподозрила неладное.

Лариса угодила в ту же ловушку, что и многие Наташи в Израиле. Она откликнулась на объявление в местной российской газете, приглашающее молодых женщин на программу Аu Pair. Агент объяснил, что израильский закон запрещает ей легальное трудоустройство, поэтому агентство обеспечит ее поддельными документами и тайно переправит в страну через Египет. Отчаянно нуждаясь в работе, Лариса согласилась. Она долетела до Каира и по суше, через Синайскую пустыню, добралась до безлюдной местности недалеко от израильской границы. Оттуда ее вместе с несколькими другими женщинами бедуины-контрабандисты провели в израильский приграничный городок, где некий еврей, российский эмигрант, забрал ее и отвез на машине в Тель-Авив. И тут Лариса узнала, что ее на самом деле ждет. Ее продали израильскому сутенеру, который заявил, что отныне она — проститутка. Розен продолжает:

Осознав свое положение, она отказалась повиноваться. Она была так красива, и к тому же совсем молоденькая, а потому пользовалась огромным спросом. Но Лариса не собиралась мириться с происходящим, сказав себе что-то вроде: «Ладно, пусть я приехала не за этим, но мне же нужно как-то раздобыть денег, чтобы выбраться отсюда».

Она отказывалась работать, и ее постоянно насиловали. Она все время плакала. Через неделю в бордель ворвалась полиция с обыском. Лариса сказала мне, что была счастлива, когда ее арестовали.

Лариса утверждает, что офицер, который ее арестовывал, затем забрал ее из отделения, посадил в патрульную машину и отвез в Иерусалим, где «продал другому сутенеру за пачку долларов».

Она без колебаний рассказала бы в суде о том, что с ней произошло, но полиция, по понятным причинам, не горела желанием ни выслушивать ее, ни проводить полномасштабное расследование. Даже дело заводить не стали. В полиции сказали: раз она поставила условие, что хочет остаться в Израиле, если даст свидетельские показания, значит, она лжет. Почему они так решили? Не знаю. Тем не менее эта история известна мне только с одной стороны, поскольку полиция отказалась со мной объясняться. Ларису в конце концов депортировали, а полицейский, которого она обвиняла в том, что он ее продал, возможно, по-прежнему на службе.

В мае 2001 года Номи Левенкрон, исполненная непреклонной решимости остановить торговлю людьми у себя на родине, стала сенсацией в прессе, направив в Верховный суд Израиля необычную петицию. Она просила приказать полиции выслушать показания четырех ее клиенток и расследовать обвинения, выдвинутые ими против сутенеров.

«Мы заявили, что полиция систематически игнорирует иностранок, находящихся под арестом и располагающих достаточными сведениями, чтобы отправить под суд своих израильских сутенеров»,

— говорит она.

В петиции Левенкрон также предлагала полиции объяснить свое отношение к проданным женщинам, откровенно допуская, что за ее бездействием стоят «дружеские связи офицеров с владельцами публичных домов и пользование услугами их заведений. Некоторые полицейские приходят в бордели за обслуживанием прямо в форме».

Левенкрон изложила в петиции дело одной из своих клиенток, двадцатичетырехлетней украинки, которую в декабре 2000 года контрабандой доставили в Израиль из Египта через Синайскую пустыню. Ей обещали работу официантки, но вплоть до ареста в марте 2001 года заставляли работать в эскорт-службе в Тель-Авиве.

Ее продали сутенеру за 5 тысяч долларов. Он поместил ее в тель-авивском салоне по адресу: улица Пинскер, дом 40 (рабочее время: семь дней в неделю с десяти часов утра до пяти часов утра следующего дня), ежедневно выдавая пятнадцать шекелей на сигареты и двадцать на еду. Женщинам, работавшим в апартаментах, не разрешалось выходить без сопровождения. Владельцы, покидая помещение, запирали двери на ключ.

Приведены в петиции и имена хозяев: Давид и Меир, братья. Фамилии их жертва не знала. Пока украинка работала в борделе, «туда то и дело наведывался полицейский в форме, который, как ей показалось, общался с хозяевами по-приятельски. Несколько раз Давид даже хвастливо советовал женщинам не бояться ареста, потому что благодаря его связям в полиции они якобы застрахованы от подобных неприятностей».

Так называемая страховка пригодилась в марте 2001 года, когда трех женщин все-таки арестовали, но в тот же день вернули сутенеру.

Правозащитница также ссылается на печальный опыт еще трех девушек — двух молдаванок (восемнадцати и двадцати двух лет) и украинки двадцати одного года. Всех их контрабандой доставили в Израиль по суше из Египта и поместили в бордель в городе Беер-Шева. На протяжении нескольких месяцев их «заставляли принимать в среднем по восемнадцать клиентов в день. Когда они не работали, их запирали в комнате. Среди постоянных клиентов были полицейские, они даже показывали девушкам свои служебные удостоверения».

Более того, в полицейском, который их арестовывал, девушки опознали клиента, приходившего к ним два-три дня назад. А тот полицейский, что допрашивал их в отделении и брал отпечатки пальцев, пользовался услугами борделя утром в день ареста.

После депортации женщин расследование их дел заглохло.

Левенкрон не раз поднимала вопрос о посещении полицейскими публичных домов в беседах с начальником полиции и с главой отдела внутренних расследований при Министерстве юстиции.

«Ответ был всегда один и тот же: ничего не поделаешь. Пусть такое поведение полицейскому и не к лицу, но преступлением оно не является».

Систематическое содействие, попустительство и коррупция сопровождают трафик во всем мире. Чудо, что кого-то вообще спасают. Но даже когда это происходит, со «спасенными» все равно обращаются как со шлюхами. Причина проста: если полицейский пользовался услугами им подобных, он точно так же виновен в насилии, как их мучители. Не станет же он признаваться себе в этом.

В глазах большинства проданных женщин полиция, пограничники и иммиграционные чиновники принадлежат к «стану врага». Но есть у них и еще один лютый недруг в униформе — военные. Для тысяч узниц баров и борделей при военных базах в опустошенных войной регионах, где находятся миротворцы ООН и солдаты США, слова «демократия» и «мир» — пустой звук. В этих далеких, укрытых от постороннего взора логовах пятнадцатилетние девочки — лучшие игрушки… А насилие — всего лишь синоним отдыха и развлечения.

Share

Код для вставки на сайт или в блог:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

9 − один =

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.