08.06.2014

Когда мы злимся на женщин

когда мы злимся на женщин
Я наконец кое-что поняла. Нам не следует злиться на самих женщин — наша злость на женщин целиком создается мужчинами. И когда мы злимся на женщин, мы злимся на мужскую колонизацию в ней, а не на нее саму, хотя получается так, что мы путаем ее с самой женщиной и набрасываемся именно на нее.

Я наконец кое-что поняла. Нам не следует злиться на самих женщин — наша злость на женщин целиком создается мужчинами. И когда мы злимся на женщин, мы злимся на мужскую колонизацию в ней, а не на нее саму, хотя получается так, что мы путаем ее с самой женщиной и набрасываемся именно на нее.

Это «встроенное мужское», или «воплощенное мужское присутствие», как называет его Мэри Дейли — это коварная мужская идеология, вбитая в нашу психику, которая, словно противопехотный снаряд внутри нас, взрывается при контакте с другими женщинами, и поэтому женщины оборачиваются против нас вместо того, чтобы восстать против мужчин и испытывать сожаление и сочувствие по поводу того жалкого состояния, в которое нас повергли мужчины. Колонизированная мужским мышлением женщина может делать невыносимые вещи и даже прибегать к насилию, потому что встроенное мужское будет всегда выливаться наружу против женщин — это внутренний кинжал, направленный на всех женщин, в том числе на саму колонизированную женщину, так как она и сама — женщина. Таким образом, мы должны помнить о том, что взрыв снаряда калечит женщину, которая его в себе носит, в той же мере, что и окружающих ее женщин. Иначе говоря, снаряд не может выносить твой мозг, если предварительно не вынес ее мозг.

Разумом-то я это понимала, но не всегда использовала это понимание. Я могла разочароваться или разозлиться на женщину, которая делала мне больно, казалась слишком отчужденной или говорила/писала в настолько мудской или выносящей мозг манере, что приводила меня в бешенство. Но вместо того, чтобы злиться на мужское в ней, я злилась на нее саму. В межличностном плане это означает, что я бесконечно зла на эту женщину, и эта злость не имеет предела по времени и глубине. Это потому, что ненависть к женщинам не имеет дна. Также злость эту можно испытывать бесконечно долго, ведь злость на женщину совершенно ничего не меняет в ситуации, не разблокирует замок и не убирает напряжение, она течет без конца, как хомяк бежит в колесе, и она также разрушает тебя саму. Это принципиальный момент, так как эта злость адресована не туда. Цель выбрана ошибочнo. Ты нацеливаешь злость на жертву, но нет ничего, что она может сделать с этой злостью. Женщина не виновата, что она ведет себя таким образом —– виноваты мужчины и их фаллократическое присутствие у нее в голове. Она ведет себя как автомат на службе у мужчин, как орудие МУЖСКОГО насилия; это не принадлежит ей самой, это мужское.

Злость на женщину за ее встроенно-мужское поведение является разрушительной, поскольку основывается на мизогинии и перекладывании вины, которые в конечном счете могут привести к смерти, потому что мизогиния — это геноцид женщин и некрофилия. Я так говорю, потому что я действительно чувствую смерть в злости на женщин.

Фактором, который все изменил, оказалось перестать воспринимать это дерьмо исходящим от нее. Я вдруг увидела образ: тело моей подруги, опутанное и задушенное колючей проволокой, шипы которой впиваются в ее кожу. Единственный способ для нее прекратить причинять вред — это осознать, какой вред был причинен ей самой, потому что только тогда она будет способна понять, почему вредит другим женщинам.

Таким образом, изгнание из нее провоцирующего агрессию фактора — в наших общих интересах. И это действительно является нашим общим женским интересом, так как освобождение невозможно, если она не освободится от этого черного сгустка в ней, от колючей проволоки. Она продолжит вредить и другим женщинам, и себе. Для нее было бы лучше понять, как разрушить наложенные на нее злые чары, – например, называя своими именами подобное поведение, его последствия и его истоки. Понять, что подобные действия — это не ее свободная воля, а действия от имени мужчин, и попытаться деколонизироваться от этого, сломать механизм и избавиться от него, или «изгнать», как говорит Мэри Дейли.

Сейчас вы на меня ополчитесь за призывы «обнять» описанных мучительниц и антифеминисток, как лучших подруг, но я не об этом. Я просто предлагаю понять причины нашей собственной злости на женщин и реагирования на встроенное в них мужское (в ЛЮБОЙ форме) и выстроить наше отношение к этому таким образом, чтобы черный сгусток не выполнил своего предназначения: разрушить нас самих и посеять хаос между женщинами, между мной и ей. Данный способ может помочь уничтожить разрушающие душу осколки снаряда, нейтрализовать его смертоносность. Это может касаться и незнакомых нам женщин, которых мы никогда и не узнаем, и близких нам женщин — принцип действий остается тем же самым. Он не означает обязательного взаимодействия с ней, если тебе этого не хочется или если это кажется тебе небезопасным или насильственным — тогда лучше бежать со всех ног, но само понимание механизмов может уберечь от саморазрушения и бессмысленной злости на нее.

Это также означает, с точки зрения этики, что можно считать женщину ответственной за свои действия в том смысле, что это именно она делает, и она единственная несет ответственность и моральное обязательство прекратить это, но при этом понимать, что она действует не полностью по своей воле, но что у нее внутри — ужасное оружие саморазрушения, имплантированое мужчинами, которое велит ей идти против своих же интересов, против своего блага и блага ей подобных — женщин.

Этот принцип работает только с женщинами, потому что они по умолчанию обладают человечностью под слоями мужского дерьма, и только они могут быть колонизированы мужским мышлением/насилием. Сами по себе женщины не ебут мозг, мы рождаемся целостными и здоровыми, ну или как минимум должны были бы. Мы становимся похожими на мужчин, потому что нас заставляют с ними ассимилироваться путем насилия и травм, которые делают из нас некое подобие их отражений-жертв. Но это не то, кем мы являемся на самом деле. Мужчины же не могут быть колонизированными мужским разумом, так как они *уже* мужчины, они и *есть* колонизаторы. Проецировать нашу жизнь и наш опыт угнетения на угнетателей, применять в отношении мужчин те же критерии является не только ошибочным, но и опасным, так как это открывает нас насилию, в то время как мужчины от этого не меняются к лучшему; наоборот, это делает их только хуже, потому что мужчины, точно знающие, что ты о них думаешь и что собираешься делать, будут усиливать свое пагубное воздействие.

/Комментарии авторки к посту, дополняющие его/

# Также я не говорю, что не злиться на женщин просто, потому что женщины — самые ненавидимые, забитые, униженные и порицаемые люди на Земле, презрение и злость на женщин в данном контексте — нет ничего проще.

# О, и кое-что еще: я не говорю, что я сама не колонизирована или что нахожусь «выше» кого-то. На самом деле все женщины колонизированы, в разной степени, и это неминуемо, поскольку мы не можем полностью избежать мужского насилия или его угрозы, и колонизация происходит насильственно. Деколонизация, или изгнание — это постоянный процесс, на который требуется длительное время. Пока мужчины здесь и патриархат здесь, нереально остановиться и подумать: «О, ну все, я с этим покончила, теперь только осталось освободить остальных женщин!» Все гораздо сложнее и требует постоянной трансформации твоей жизни и отношений/связей с другими женщинами — способами, которые могли быть недоступны еще вчера или неделю назад.

# Поэтому рост самосознания настолько важен для нашего освобождения: деколонизация, отторжение мужчин и встроенного мужского в нас самих (жестокость, ненависть, фрагментация мышления и личности и т.д.) требуют хорошего понимания того, от чего мы деколонизируемся. А главная цель мужской колонизации нашей психики – уничтожить понимание встроенной в нас жестокости и вытолкнуть это понимание глубоко в подсознание, в травматическую память, путем насилия, постоянных отмен(?) и стирания. /прим. перев.: «constant reversals and erasure» – я так понимаю, авторка имеет в виду такие явления, как газлайт и мудобъяснения, запудривающие мозги и не позволяющие видеть и осмысливать происходящее/

# Так что рост самосознания — это также работа с воспоминаниями, починка сломанных частей расколотых нас, склеивание воедино всех множественных идентичностей, на которые мы были вынуждены себя разрезать, чтобы выжить в условиях угнетения, возвращение воспоминаний в наше сознание…

# Очень важно никогда не терпеть насилие или токсичность во имя феминизма, солидарности с женщинами или сестринства, потому что это просто изранит и разрушит нас, что не поможет никому из нас. Я не останавливалась на этом моменте, потому что подробно его разобрала в посте Радикальные феминистки, говорите?

# Также, проще видеть вещи в более оптимистичном свете и меньше пострадать от женского анти-женского поведения, когда ты не зависишь от нее эмоционально или в любом другом смысле, или не вынуждена работать с ней над проектами и так далее, когда ты можешь позволить себе не видеть ее некоторое время.

/Комментарий другой блогерши, который мне понравился/

pantypopo:
# Как говорит Жермен Грир, «… каждая девочка изначально является цельной женщиной, но со времени ее рождения и до смерти ее прогрессивно калечат. Главнейший долг женщины перед собой – пережить это, потом осознать, а потом принять меры, чтобы защитить себя от этого.»

Гендерная социализация уничтожает в Девочке человечность, создавая вместо нее образ и поведение, желаемые мужчинами. Она будет колонизирована мужчинами.

Спасите сначала себя, откройте глаза. Потом постарайтесь поставить класс женщин на первое место во всем, что вы делаете. Всех женщин: всех рас, возрастов, возможностей, сексуальных ориентаций, религий, этнических групп, национальностей. Ни одна из нас не будет свободной, пока мы все не будем свободны. Поставьте женщину на первое место. Попросите других женщин сделать то же самое. Иногда достаточно просто попросить.

Share

Код для вставки на сайт или в блог:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

12 − 1 =